Дункан едва не поперхнулся „Перье".
— Преждевре… Ал! Где ты набираешься этих выражений?
— Па, на дворе восьмидесятые годы, согласен? Все уже давно все знают о птичках и пчелках.
— Н-да… Что ж, наверное, ты права…
— В общем, что там ни говори, — Аллилуйя потянулась к отставленной в сторону тарелке, подцепила кусочек картофеля вилкой и задумчиво начала его жевать, — но это только половина маминых проблем. С тех самых пор, как она ушла с работы, у нее уже явно начинает ехать крыша. Честное слово, просто форменный заскок! Деньги, деньги, только деньги… Она ни о чем другом не может говорить!
— Ты хочешь сказать, у нее так плохи дела с финансами?
— Да нет же. За эти годы ей удалось кой-чего запасти. Но дело в том… я думаю, раньше ей и голову не приходило, что можно так долго сидеть без работы. Это ее просто бесит. Ты же знаешь, как она любит делать покупки?
— Знаю?.. — задумчиво протянул он, пытаясь вспомнить.
— Ну так вот, с декабря она не купила себе ни одной тряпки! Ни шарфика, ни пары туфель! Представляешь?
— Да ты смеешься…
— Зуб даю!
Дункан не сводил глаз со своей панкующей дочери.
— Надеюсь, мы говорим об одной и той же Эдвине Робинсон, о твоей матери и моей бывшей жене?
— Па, может, ты прекратишь наезжать? Все это очень серьезно. Нужно что-то предпринимать, пока ма не сделала из меня полную идиотку.
— Хорошо, радость моя, что ты предлагаешь?
— Первое: ма нуждается в деньгах.
— Та-ак… — Дункан сделал глоток „Перье". — Боюсь, тут я не смогу помочь, то есть, конечно, она в любой момент могла бы стать секретарем в клинике, но, честно говоря, я не представляю маму в этой роли… — Он улыбнулся. — А ты?
— Ей нужен хороший заработок, па. Она ищет такую работу, где бы ей обломилась куча денег.
— Как и все в этой стране, радость моя. Аллилуйя не обратила внимания на мягкую насмешку, прозвучавшую в словах отца.
— Р.Л. предложил ей начать свой бизнес. Ну, знаешь, моделирование одежды. Она всегда об этом мечтала.
— Похоже, он здорово богат. Почему ей просто не выйти за него замуж?
— Па! Ты что, не понимаешь, что ма никогда не выйдет замуж ради денег!
— Извини, радость моя. Просто сорвалось с языка. Итак, ты говорила…
— Ей не нужна помощь, уж в любом случае не от приятеля. Ты же ее знаешь.
— Да уж, это точно.
— Ну вот, она серьезно думает о моделировании. Я это выяснила. Ты помнишь ту маленькую спальню, которая рядом с моей спальней? Ту, что выходит на общую террасу?
— Это мой бывший кабинет.
— Точно. Ну вот, ма уже много недель запирается там на несколько часов ежедневно. Никому не разрешает туда даже входить. Ну вообще никому, даже Руби, чтобы прибраться. Когда я попыталась заглянуть в замочную скважину, то ничего не рассмотрела. Ну, тогда я взяла кусочек пластмассы, чтобы отжать замок… — Она подождала, пока отец понимающе кивнет. — Ну, а ма поймала меня за этим и такое устроила… Набросилась на меня, вопила: „змея", „негодяйка", „разбойница", „клептоманка", „воровка". Ну, я-то ей спокойно ответила, что просто мне интересно, чем она там занимается. Рассказала бы мне все откровенно, я бы и шпионить не стала. Ну, тут она просто взвилась! Пригрозила даже купить мне черный комбинезон и лыжную маску, как у грабителя! Будто бы место мне на большой дороге, в общем, всякая чушь в этом роде. Ну скажи, похоже это на ма?
— Нет, определенно нет. — Дункан Купер теперь уже и сам забеспокоился. — Ну и что? Тебе удалось попасть в комнату?
— Спрашиваешь! — Аллилуйя широко улыбнулась и подцепила еще кусочек картофеля с тарелки. — Понимаешь, ма закрыла дверь на замок со стороны холла и задернула занавес на окне, так чтобы ничего нельзя было рассмотреть с террасы. Но я-то знала, что ей в голову не придет проверить замок на окне. А он совсем хилый! Стоит только как следует поднажать… Вот так я и пробралась с террасы. — Глаза девочки широко распахнулись. — А ну-ка, угадай, что я там узрела? — Она склонилась над столом, и голос ее снизился до благоговейного шепота: — Сотни, ну, то есть массу набросков моделей одежды! Я думала, что умру на месте! Ты представляешь, ма запиралась там, чтобы придумывать модели одежды! Одежды, понимаешь!
— Ну что ж, в конце концов, это дешевле, чем ее покупать, — заметил Дункан осторожно.
— Па, ты опять не врубаешься. Она работала. После того как Р.Л. предложил ей открыть свое дело, а она отказалась от его помощи, это что-то новенькое! Какое-то начало. Она разрабатывала модели, как сумасшедшая! Она хочет этим заниматься, па! Она не признается в этом, а на самом деле бредит моделированием.
— Ну и как ее разработки, ничего?
Аллилуйя закатила глаза, изображая крайнюю степень потрясения.
— Да откуда мне знать? Чтоб я надела это барахло, которое висит в большинстве магазинов? Уж лучше смерть!
— Ну и что же ты предлагаешь?
— Да не будь же таким тупым, — сердито выпалила девочка. Я предлагаю найти еще кого-нибудь, кроме Р.Л., кого можно было бы выставить на деньги, вот что! — Она посмотрела на отца, ее карие глаза сияли.
— Нет-нет, радость моя. Я тут не гожусь. И не смотри на меня так!
