— Эй! — выдергиваю руку, — я не пойду с тобой в этот дом!
— Там никто не живет, дом выставлен на продажу.
— Это должно было меня убедить?
— Танец в моем телефоне — это убедительно?
— Шантаж это низко и подло, — замечаю, но сказать, что я не заинтригованна, значит обмануть саму себя.
— Я же не виноват, что ты никогда не делаешь, то о чем просят.
— А ты просишь?
Мы подходим к забору, но почему-то направляемся к торцевой части.
— Разве ворота не там? — спрашиваю, едва поспевая за парнем, каблуки то и дело утопают в земле. Бедные мои туфельки Vicini. Что я вообще здесь делаю? И как могла позволить ситуации настолько выйти из-под контроля? И что, ну что такого он может мне показать в этом доме?
— Там, — подтверждает парень, — но мы же не ищем легких путей верно?
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, приключения. Как на счет дыры в заборе? — он отодвигает аккуратно и ровно порезанную сетку.
— Не удивлюсь, если этот мастер ты, — фыркаю и пролезаю в дыру, наклонив голову.
— Не признанный гений, — исправляет он и проходит следом.
— Это законно? А в дом мы тоже с черного хода будем заходить? — иронично интересуюсь.
— А ты врубилась в чем соль, верно? — усмехается парень и первый идет к дому. Не понимаю, к чему все это, но просто выдыхаю и тоже следую за ним. Чем быстрее он мне покажет, (что бы это ни было!) тем быстрее я вернусь домой и разработаю план по удалению видео. Или убийству одного нахала.
Я не успеваю заметить, чем щелкает Исаев, но дверь открывается, и на этот раз он заходит первым.
— Поговаривают, — шепотом делится парень, — что Купавчевы не могут продать его уже год, потому что здесь водиться приведение…
— Что? Что за бред? — спрашиваю и на всякий случай оглядываюсь. — Ой!
Исаев резко тормозит, заставляя в него врезаться. Смотрит на мои ноги.
— Так не пойдет, ты слишком шумишь.
— Разве этот дом не выставлен на продажу?
— Нужно либо снять обувь, либо… — он поднимает глаза.
— Либо что?
— Либо я тебя понесу. Сколько ты весишь?
— Господи Боже мой! — злюсь я и нервно снимаю обувь. Странно, но полы чистые, как и сам дом. Оглядываю голубые стены с картинами, высокие потолки. На самом деле, даже в коридоре очень красиво. Надо будет узнать подробнее про этот дом. Останавливаю взгляд на одной из картин. И в мою душу закрадываются сомнения. — Здесь точно никто не живет?
— Почему ты спрашиваешь? — Исаев ловит мой взгляд.
— Эта картина, что висит на стене, — указываю, — она стоит сто тысяч, я видела ее в каталоге. Не баснословная сумма, но все же.
И фамилия владельцев знакомая. Но вслух я этого не произношу.
— Кому как, — усмехается парень, — пошли, нам наверх.
Не знаю, как объяснить, но мне становиться до жути интересно и одновременно страшно. Что этот парень задумал? И что ему нужно от меня? Он не отвечает ни на один вопрос. И этим просто жутко раздражает, как и то, что я совершенно не контролирую ситуацию. Мы поднимаемся по лестнице, минуя этажи, доходим до чердачной двери. Но я успеваю заметить чистоту и на них.
— Надевай свою обувь, — командует парень.
— Я не сдвинусь с места, пока ты мне все не объяснишь.
— Ну-ну, — проговаривает Исаев и открывает чердачную дверь, — за мной, принцесса.
— Я не…
Тут мне слышится явный скрип внизу, а мысли уносятся к слову, сказанному о приведениях. Ну, нет. Что за бред? Каролина, ты образованный человек не будешь верить…Скрип повторяется, и дальше уже не думаю, а быстрее пули вхожу на чердак за парнем и даже налетаю на него, оглядываясь.
— Эй, ты чего? — он оборачивается.
— Ничего… просто там… В доме точно никто не живет?
— В доме? Нет, — Исаев снова начинает идти, и останавливается перед еще одной лестницей.
— И что теперь? — спрашиваю, — мы поднимемся на крышу?
— Именно. Сегодня ты предугадываешь все события, — хмыкает парень, — давай, ты первая.
Смотрю на парня с сомнением, как только это возможно в полумраке. Ну не сбрасывать же он меня сюда приехал? Хотя кто его знает, я с этим человеком совершенно не знакома. С другой стороны, если еще он даже попытки не делал прикоснуться, просто хамит, но это все можно списать на воспитание. В любом случае, у меня не так много вариантов. Выдыхаю и начинаю взбираться по лестнице. На крыше меня встречает легкий ветерок.
— И что дальше? — спрашиваю, когда Исаев выходит следом. Парень некоторое время просто смотрит на меня.
— Повернись, — он кивает за мою спину. Послушно оборачиваюсь.
— И что? Теперь я должна сделать десять шагов прямо?
Он хмыкает, поскольку примерно такое расстояние до края. Исаев подходит и становится рядом.
— Смотри туда, — показывает он. Шумно выдыхаю и послушно слежу за его рукой. И на миг, от той, красоты, что мне открывается мое сердце останавливается. Весь город как на ладони. Наверное, это самая удачная точка. На какую-то миллисекунду даже чувствуешь себя птицей.
— Боже мой, — выдыхаю.
— Нравится? — довольно спрашивает Исаев. Беру себя в руки и намеренно хмурю брови, небрежно пожимая плечами.
— В бизнес-центре, на двадцатом этаже еще и не такое увидишь, — отзываюсь, — это все? Мы можем вернуться?
