Мимо подозрительно кося глазами, прошёлся Штаран, и я тут осознала, что мы вообще-то в академии на осеннем балу.
- Так вот, раньше здесь была гимназия для благородных девиц, - поучительно сказал Алекс, словно он уже давно читает мне лекцию об истории здания академии. Штаран напряжённо прислушался и пошёл дальше.
- Нашла время со мной флиртовать! - сказал Алекс.
- Что? Да кому ты нужен? Я флиртую с Феллини. - возмутилась я.
- Со знаменитым режиссёром, которого нет на свете? - иронично осведомился Алекс.
- Нет с тем симпатичным атлетом, что проводил меня до академии. Надеюсь, ты не ревнуешь? - ответила я.
Алекс издал нечто вроде рычания и хищно посмотрел мне прямо в глаза. Мне стоило больших усилий устоять на месте и не затащить его прямо сейчас в какой-нибудь укромный уголок. Как только я справилась с опасными мыслями, я увидела на лице Алекса, что он размышляет о том же самом. Он прочитал в моих глазах то, что надо, и мы незаметно для всех оказались на кафедре пчеловодства.
Миллер запер дверь на ключ. Секунду мы поедали друг друга глазами, а потом я набросилась на него с поцелуями. Алекс положил свои руки на мою попку и посадил на стол. Я обвила ногами его бёдра. Я провела языком по его шее, и он вздрогнул всем телом, я губами касалась его сосков, и что-то твёрдое упёрлось в меня сквозь джинсы. Опускаясь всё ниже, я слезла со стола и зубами расстегнула ширинку на его джинсах. Не в силах больше сдерживаться, Алекс снял с меня платье, а потом мои чёрные волосы разметались по учительскому столу.
Вечеринка в академии набирала обороты. Кружка без стеснения флиртовал со студентками и даже с некоторыми преподавательницам. Я поискала глазами Марго, но нигде её не увидела и забеспокоилась, уж не тем ли самым они сейчас с Аскеназой занимаются на какой-нибудь кафедре, чем и я с Миллером.
- Я знаю места и получше, чем академия, - сказал мне на ушко Алекс, - как начёт свидания под луной? Согласна?
Я всё ещё пыталась найти Марго, в надежде что просто потеряла её в толпе.
- Да согласна, - растерянно ответила я, - только найду Бенжами, надо сказать ей, что я ухожу, а то она будет волноваться.
- Я буду тебя ждать на улице, - сказал Миллер.
Я пошла курсировать по залу, как только что это делал Штаран. Заиграл медляк, это была песня леди Гаги, я не сразу поняла, что её исполняет сама Маргарита. Она в шикарном белом платье свободно и легко стояла на сцене, а за роялем восседал чёрный и пугающий Аскеназа. Я удивилась, как это Марго удалось добиться разрешения петь эту классную песню, а не какое-нибудь унылое говно. Кроме того что Штаран вряд ли пошёл бы на такой риск, то и местный ди-джей, третьекурсник по кличке Усран, явно был бы против, он всегда портил все выступления из зависти. Пожалуй. что только сам Аскеназа мог заставить Усрана удалиться со сцены и дать дорогу талантам. При звуках медляка все как по команде, точно зомби, поприлипали друг к другу и стали плавно перетаптываться на месте как бы танцуя. На меня стали подозрительно косится, потому что я не с кем не танцевала.
-Потеряла что-то, дорогуша? - вдруг раздался за спиной чей-то высокомерный голос.
- Ребяко, - я оглянулась и смело посмотрела прямо на него, хотя на самом деле в полутёмном зале и без защиты Миллера мне стало страшновато, - а ты не слишком старый для таких вечеров?
- Поговори мне ещё, Астровская, - с опасными нотками ответил Ребяко, - я младший.
- Тогда тебя, наверное, отец надолго не отпускает, - съязвила я.
- Что тут происходит? - между нами возникло белое лицо Штарана.
- Хочу пригласить Астровскую на танец, - ехидно сказал Ребяко.
- Правильно танцуйте, а то по залу ректор ходит инкогнито...- Штаран не закончил и тут же исчез в темноте.
- Что? - не понял Ребяко.
- Не знаю, - пожала плечами я, - он с самого начала странный какой-то.
- Так что потанцуем, Астровская?
- Вот ещё! Ты пытался меня убить!
Ребяко с неожиданным проворством и силой схватил меня за руку и притянул к себе.
- Что ты себе позволяешь, сумасшедший коротышка! - возмущённо сказала я и попыталась вырваться, но не тут-то было. Ребяко с холодным и злым высокомерием взирал на мои тщетные попытки высвободится, и мы закружились в танце.
- Я позволяю себе быть милосердным, - растягивая слова, произнёс Ребяко. - я могу убить тебя, когда захочу, но не стану, если ты пообещаешь больше не соваться куда не просят.
- Кто ты такой, чтобы мне ставить условия, - зло бросила я.
- Тебе лучше не знать. Но для начала я сильный и жестокий властный человек, и твоя никчёмная жизнь в моих руках - он красноречиво встряхнул меня и усилил хватку, - и она висит на волоске, поэтому напрягись-ка и веди себя учтиво.
- Вот ещё! Веду себя так, как считаю нужным, - ответила я.
