Может быть, я и был им.
Это зависело от того, что она сможет мне рассказать.
– Я ищу кое-кого, – сказал я, остановившись. – Примерно вашего роста, с пронзительно зелеными глазами, длинными темными волосами. Скорее всего девушка была в розовом свитшоте.
Она задумалась, облизала свои полные губы:
– О, хм. На нем вроде надпись была «Я люблю» или «Я обожаю ЛА»?
Я мгновенно стал раздраженным и сжал кулаки так, что ногти вонзились глубоко в ладонь:
– Что с ней случилось?
Она резко оглянулась вокруг, как если бы я был актером и предлагал ей сняться в ТВ-шоу. Но я в данный момент был просто в ярости.
– Я не знаю, дорогой. Она была здесь примерно пятнадцать минут, ну может быть полчаса назад. Она заказала кофе, а потом выбежала как ошпаренная. Она выглядела реально напуганной.
Напуганная.
Я крутил и наклонял голову, и пытался найти ответы, как бы считая, что от этих движений станет легче моему мозгу.
– В каком направлении она пошла?
– Вверх по Девятой, – сказала продавец. Я немедленно побежал в том направлении, а она крикнула мне вслед. – Может мне вызвать полицию? Это была ваша девушка?
Да. Я был уверен, что это она, но я больше не стал отвечать кассиру и удалился.
Мне необходимы были все силы для бега.
Глава двадцать первая
Почесав за ухом, я подвигала челюстью. Мне больше не надо было лететь. У меня было два рейса за два дня. Это было восхитительно – побывать в небе. Я поняла, что смогу жить без хрустального звона сережек в ушах.
Я могла бы претендовать на просторные сиденья в самолете, о которых можно только мечтать. Всхлипнув напротив окна, я поняла, что это кресло было не таким гламурным, как могло бы быть. «Ну и что?» – спросила я себя с ухмылкой. Я бежала от него всю жизнь, как бешеный осел, до того как согласилась быть с ним рядом снова.
Несколько часов назад я узнала что Сильвер – это человек из моего прошлого. И я была еще очень зла. Аккумулятор моего телефона сдох, после того как я бесконечное число раз пересмотрела видео. Это было лучше, чем работа, которую я проделывала по успокоению себя в течение многих лет, которая была пыткой.
Однако, внутри себя я понимала, что форсировала свой отлет, даже несмотря на несколько задержек вылетов, и мне нечего было противопоставить внутреннему голосу, который твердил мне остаться и все выяснить. Каждый раз в самолете, я усаживалась на свое место и пролистывала один и тот же журнал, что был в кармашке сиденья передо мной. В каждом аэропорту я бесцельно бродила по зданию, мечтая зарядить телефон.
Когда мы наконец-то приземлились в Портленде, на улице было уже темно.
Я вызвала такси, села на заднее сиденье, ответила водителю, куда меня доставить и молчала всю поездку. Я должна быть счастлива, что я дома, однако я чувствовала себя только хуже.
Я была уставшей, у меня ломило в суставах. Я полагаю, это было так, потому что прошло уже два дня, как я покинула Лос-Анджелес. И вот я здесь. Тащусь по треснувшему асфальту мимо зловонных мусорных баков. Когда я подошла к крыльцу, и включилось автоматическое освещение, я увидела нечто помятое на земле.
Это была пожеванная мертвая мышь.
Подавив приступ тошноты, я открыла сумочку. Выудив оттуда ключи, я приступила к борьбе с дверью. Я стала поворачивать ключ, но ручка не двинулась с места. Дверь, казалось, была недвижимым монолитом.
Что за хрень? Я моргнула и посмотрела на ключи. Я не узнала их и поняла в чем дело. Сильвер вручил мне копии своих, а я конечно же забыла об этом.
Я стряхнула чужие ключи с руки, нашла в сумочке уже нужную связку и зашла в дом. Аккуратно положила сумочку на пол. Розовый свитер вскоре тоже был сброшен, я даже не посмотрела, куда я его кинула.
Я включила телефон на зарядку на кухонном столе, наполнила чайник водой и поставила его на плиту. Щелкнув электроподжигом, увидела голубое пламя горелки и тогда же услышала первый «бип». На автопилоте я подняла свой телефон.
Двадцать два пропущенных вызова.
Все от Сильвера.
Пробежав большим пальцем по кромке телефона, я задумалась. Мне нельзя говорить с ним. Мне нельзя позволить себе даже прочитать сообщения от него.
Что он может мне сказать, что может измениться, когда я так люто ненавижу его?
Ничего.
Слова не помогут.
И все же я открыла текстовые сообщения.
Я вернулась назад и прочитала последнее сообщение еще раз. У меня в голове пронеслась мысль, что единственный, кто меня обидел, это он сам. И все же чтение его сообщений заставило меня устыдиться. Я должна сообщить ему, что я прилетела домой. А если он думает, что я все еще в Лос-Анджелесе и что-то со мной случилось?
