Маленькие паучата ещё какое-то время пытались догнать, убегающий от них, ужин, но всё же бросили свою затею, переключившись на добычу подоступнее.
Полностью парализованный, подросток мог только молча наблюдать, как те залезали к нему в рот и нос, ползали по глазам и пытались пробраться в уши, разрывая барабанные перепонки. Единственное, что его тогда радовало, так это отсутствие боли из-за парализованного ядом, тела.
Находясь в прострации, Уилл медленно брёл куда-то в туман, подальше от злополучной хижины. Мыслей в голове не было, лишь вопрос — что делать дальше?
В какой-то момент, пребывая в таком состоянии, он неожиданно оступился и попал в небольшую яму, оказавшуюся настолько глубокой, что он оказался в ней всей своей ногой, и всё ещё не мог нащупать дна. Пошевелив конечностью, Уильям с облегчением выдохнул.
"Хорошо, что не вывихнул." — Подумал он. — "Надо бы вылезать."
Облокотившись обеими руками о землю, парень начал вытягивать себя наружу, но тут грунт под ним обвалилась, тем самым расширив яму ещё больше.
Лишь чудом Уильям успел ухватиться за край и не свалился туда полностью. В итоге снаружи теперь торчал только его голова и руки, которыми он отчаянно старался удержаться.
— Эй, кто-нибудь, помоААААА…
Не выдержав такого веса, земля под его руками ушла вниз, отправив за собой и мальчишку.
Высота была приличной, не меньше десяти метров, от того совсем не удивительно, что при падении раздался характерный треск.
— ААААААА! — Лёжа на спине и стараясь не шевелить сломанными ногами, он ревел во всю глотку, сотрясая стены пещеры, в которой оказался.
Вокруг была сплошная темнота, и только одинокий луч света, из новообразовавшееся ямы, освещал небольшой пятачок, на котором находился подросток.
Внезапно, со всех сторон начали раздаваться крики и порыкивания, шорох многочисленных шагов, медленно подбирающихся к крикуну.
Слышавший всё это, Уильям тут же перестал кричать и даже боль в ноге отступила перед страхом неизвестности. Он начал оглядываться по сторонам, чтобы понять, с какой стороны придёт опасность. Все звуки разносились эхом по пещере, смешиваясь и дублируясь, от чего понять что-либо не представлялось возможным.
Жители этого места не стали заставлять подростка ждать, и вскоре со всех сторон стали появляться, светящиеся в темноте, глаза, а после и сами их обладатели.
Бледные голые тела, медленно выходили на свет. Полное отсутствие волос, а также, в предвкушении распахнутые, рты, усеянные частоколом острых клыков, превращали морды тварей в ночной кошмар. Когтистые руки, как и ноги были немного деформированы, от чего передвигаться, им было не очень удобно.
— Н-нет, не подходите ко мне! Прочь! — Кричал подросток. Монстры же были глухи к его словам, лишь немного щурясь от, льющегося на них, света.
В какой-то момент, не выдержав тягостного ожидания, они, рыча и воя, одновременно побежали на Уилла.
— АААААА…! — Его крик захлебнулся в крови, хлынувшей из раздираемого горла.
Чудовища рвали его на части, отрывали целые куски мяса и засовывали в свои жадные рты, кровь слизывали, а кости ломали, чтобы добраться до такого вкусного костного мозга.
Вскоре от мальчишки уже ничего не осталось.
А в это время на площади перед академией всё ещё шёл напряжённый бой. Большинство студентов уже убежало, но остались и те, кто не захотел так просто отступать.
Монстр уже успел поживиться ещё несколькими людьми и в данный момент крутился вокруг своей оси, пытаясь уследить за окружившими его подростками, коих насчитывалось не более десяти.
Трое были из группы светловолосого юноши, который хотел избавиться от прибывших в академию крестьянских детей, которые, по его мнению, не заслуживали того, чтобы учиться вместе с ними в одном месте.
Теперь он валялся на этой самой площади и поджимал под себя сломанную ногу, из глаз его непрерывным ручьём текли слёзы, а рот сыпал ругательствами во все стороны. Былое аристократическое воспитание вмиг улетучилось, стоило, неожиданно появившемуся, монстру задеть его своим неуклюжим телом.
Удар был такой силы, что помимо ноги, повреждёнными вполне могли оказаться и несколько рёбер, с болью отдававшихся в груди при каждом вздохе.
Его подельники, являющиеся выходцами из одного с ним рода, но стоящие ниже его в иерархии, были вынуждены защищать своего лидера, ведь, если они оставят его здесь умирать, то дома им определённо влетит от родителей, а то и того хуже. Сам глава рода может жестоко покарать их, за то, что бросили его младшего сына.
О том, чтобы просто унести его с площади речи тоже не шло. Для этого им требовалось время, чтобы аккуратно взять мальчишку и не сломать ему ещё что-нибудь. Чудовище же вряд ли даст им такую возможность.
