Тогда с каким-то внутренним предчувствием я вспомнил, что так вчера и не заглянул в сундук, что стоял у меня в комнате. Небольшой, примерно по колено, он не внушал чувство надёжности, будучи сделанным из какой-то сухой древесины. Думаю, что при желании его можно разбить простым ударом об пол.
Металлическим же в нём была только замочная скважина. Поняв, что никакого ключа мне не дали, я решил просто поднять крышку, и о чудо! Сундук оказался не заперт, а на его дне в аккуратной стопке лежали два комплекта одежды. Один точно такой же, что был на мне, а второй немного видоизменённый, более упрощённый. Решив разобраться с ним потом, я подхватил форму и направился к двери.
Выйдя из комнаты, прошёл вконец коридора, где перед дверью был небольшой "карман" с парой старых дырявых кресел и такой же старой деревянной доской. Именно здесь было вывешено несколько листов бумаги, на одном из них было написано, что к восьми часам нужно находится в обеденном зале, а после в кабинете 103. О его местонахождении не приходилось долго раздумывать, так как рядом была вывешена большая карта замка со всеми этажами и помещениями.
Помимо множества кабинетов с номерами на каждом, у некоторых помещений были какие-то особые знаки, а с краю карты их расшифровка. Таким нехитрым образом, я определил местонахождение душа, где мною было принято решение помыться и переодеться в чистое.
Чёрт его знает, что сегодня будет, так что на всякий случай нужно выглядеть на все сто, чтобы ненароком не упасть в грязь лицом.
Спуск занял около пяти минут, блуждание по коридорам ещё восемь. Я особо не спешил, так как времени было предостаточно, более важным было не заблудиться в многочисленных переходах и развилках.
Лабиринт, ей богу! Если бы мне часто не попадались вывешенные в рамках карты, то я бы уже давно где-нибудь потерялся.
Пока шёл, осматривался и старался запомнить дорогу. Узкие тёмные проходы сменялись более широкими и высокими, по бокам которых стояли деревянные резные двери. Освещения и так было по минимуму, но в паре мест его не было вообще. Приходилось в потёмках нащупывать себе дорогу.
Изредка мне попадались стражники или, правильно будет говорить, охрана академии. Вечно серьёзные с неизменными вытянутыми шлемами, через забрало которых с трудом проглядывались куски бледной кожи.
Они со мной не разговаривали, но я затылком чувствовал, как в мою сторону поворачиваются их, голодные взгляды. Стараясь поскорее избавиться от этой мрачной атмосферы, возникающей в их присутствии, я незаметно для себя самого ускорял шаг, стараясь побыстрее их проскочить.
Когда же я добежал до, уже знакомой, двери и отворил её, меня постигло разочарование. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Как активировать освещение и можно ли это сделать вообще я понятия не имел.
Бросать дело на пол пути всего лишь из-за отсутствия света не хотелось, а потому пришлось всё делать вслепую.
На этот раз мытью я решил уделить немного больше времени, чем было вчера, но всё же не настолько много, чтобы опаздывать на завтрак. После же я переоделся в чистую одежду, подхватил грязную и направился назад, к себе. Требовалось убрать её в сундук, а потом, когда появится возможность, постирать.
Добежал до комнаты, я куда быстрее чем шёл вперёд, и опять же, кроме пары стражников мне больше никто не встретился, ни преподаватели, ни уборщики, ни другие студенты. Казалось, я остался в замке совершенно один. Пришлось с силой гнать от себя подобные мысли.
Пара минут и вот я уже спешу в обеденный зал, где, как надеюсь, сегодняшняя еда будет не хуже вчерашней.
Уже на подходе, мне стали попадаться и другие студенты, спешащие на завтрак. Внутри же меня встретил галдёж собравшейся людской массы. Присев за стол своей группы, я увидел, что в этот раз всё было куда скромнее: какая-то злаковая каша на молоке, а к ней нежно-жёлтое масло, ещё тёплый после печи белый хлеб, нарезанный толстыми ломтями, горячий чай и варёные яйца, только в отличии от яиц обычных птиц — довольно-таки маленьких и невзрачных, эти полностью могли заполнить собой мой кулак.
И пусть для кого-то ничего изысканного в этом не было, для меня же это было сродни сказке или, так и не приснившемуся, сновидению. Ещё несколько дней назад я и думать не смел о такой еде, что своим изумительным запахом призывала поскорее на неё наброситься, что я и поспешил сделать.
Всё оказалось до невозможности вкусно, пища прямо таяла во рту, но больше всего меня изумила каша. Стоило мне её только попробовать, как я еле-еле смог сдержать свой восторг. Она оказалась сладкой. Сахара в моей деревне было днём с огнём не сыскать.
После столь чудесного и плотного завтрака снова накатила сонливость, не хотелось куда-либо идти и что-то делать. На секунду даже возникла мысль прикорнуть прямо за столом, но сонный мозг вздрогнул от, вновь раздавшегося, голоса сверху.
— Внимание, просьба всем студентам прибыть к девяти часам к кабинетам, указанным на их досках информации.
Делать нечего, пришлось вставать и вливаться в поток, галдящих студентов, выходящих из зала.
