Мири выхватила у него из рук шляпу и вернула на место. Охотник не унимался и тянул к ней руки.
— Не прикасайся ко мне!
— Я лишь сниму остатки краски.
— Мне не нравится быть седой! Нравилось бы — я бы не красилась.
— На полпути бросать — такое себе. Что думает твой парень?
Румар покосился на Мири с какой-то ироничной и загадочной улыбкой. Одобрительно ей кивнул. В младшем Тоомаш говорило развитое чувство прекрасного, и вряд ли седая макушка вписывалась в эти рамки. Поэтому Мири сдалась и позволила папаше прикоснуться к своим волосам. Снова она почувствовала вибрацию, и остатки краски крошками осыпались на землю.
Так можно было? Эх, знала бы — красилась во все цвета радуги каждый день!
Только сейчас она заметила на ладонях отца какие-то незнакомые ей символы.
— Это руны очищения, — пояснил Эмир. Повернулся к Мири боком, оттопырив ухо. За ушной раковиной едва заметной серебристой краской было нанесено еще несколько знаков. — А вот эти, как раз, защитные, применимые в бою. Помогают сберечь смазливую мордашку. Хочешь уметь также?
— Заманчиво, но нет. Зазывать меня в свою секту — бесполезно. Мне это неинтересно.
— Твой друг называл тебя Мири. Это твое имя? Красиво.
— Ты даже моего имени у мамы не узнал? Поверить не могу! — сил возмущаться уже не было. Как и удивляться. Осталось лишь любопытство. Что еще горе-папаша наплетет ей?
— Людей без дара изгоняющего глупо втягивать в наш мир. Я обезопасил тебя. Странно, что ты решила пробудиться. Странно, что такое вообще возможно. Столько лет спустя.
Мири не ответила, плотно сжала губы. Пальцами мяла деревянную статуэтку Алтана, спрятанную в кармане пальто. Да, божественный змей наплел ей интриг в жизни. Она и вправду хотела этого, когда выбирала этого бога? Теперь уже не важно, пути назад нет.
— Кстати, по поводу твоего четырехногого друга. Он ведь хотел показать тебе что-то. Я прав?
— Да… — неуверенно протянула Мири и вновь посмотрела на Румара. Друг сжал ее руку и осторожно кивнул. Явно сомневался, но считал долгом докопаться до истины.
— Хочешь увидеть это место? — уточнил Охотник.
— Да.
Эмир кивнул, сложил за спиной руки и попросил следовать за ним.
Его товарищи разбивали костер, а также готовили для погребения освежеванной туши Лунного бычка кострище. Полосатую шкуру разложили на земле. Тяжело было на это смотреть…
Поэтому Мири отвернулась и обратила внимание на идентичных вороных жеребцов, стоящих в стороне, у покосившихся ворот. Они недовольно рыли копытами землю, фыркали. Их даже никто не привязывал, они будто бы сами знали свое место.
— Я проведу детишкам небольшой экскурс. Вы там справляетесь?
— Пара лишних рук бы не помешала, но что уж там. Побудь с дочкой, папаша. Хах, — отозвался один из товарищей Эмира, который таскал поленья из сарая Марвия. Из дому никто не выходил — в особняке, все-таки, что-то произошло.
— Спасибо.
Охотник вывел Румара и Мири к кромке воды. Тут и вправду осталась узкая полоса песка. Охотник повел их вдоль туманного берега.
Над рекой поднималось солнце. Ласковые розовые лучи немного согревали лицо.
Ночные страхи и кошмары отступали. Теперь мир становился понятнее, но оттого не менее злым.
Отец двигался на несколько шагов впереди, Румар брел рядом, продолжая сжимать руку Мири. Его ладонь была мокрой. Волновался? Боялся? Это тот самый невозмутимый Тоомаш?
Она вопросительно посмотрела на друга, и он ответил ей очень неуверенным и каким-то напуганным взглядом.
— Ты уверена, что хочешь знать правду? Что-то предчувствие живот крутит. Нехорошо как-то. И я сомневаюсь.
— Я всегда думала, что там, в той пещере, портал в другой мир, — вздохнула Мири. Охотник, услышав эти слова, хохотнул.
— Ну, в какой-то степени.
Голос у него был необычный: грубоватый, но при этом какой-то мелодичный, теплый. Располагающий к себе.
Но нет, доверять этому человеку все равно нельзя. Слишком он спокойный и мутный.
Может, Румар зря переживает? Пещера и пещера, ничего такого. Кстати, вот и она. Прямо как из снов!
Они пробирались по скалистой тропинке, и очутились у самого входа. Отец остановился, преграждая собой путь. На всякий случай уточнил еще раз, уверена ли Мири.
Конечно уверена, она же пришла сюда с самого города!
Стоп, а если отец захочет ее убить? Вдруг Охотникам не нужны дети с даром на стороне, и Эмир решил завести свидетеля и бастарда в безлюдное место и тихонечко прикончить?
Как всегда, волнительные мысли приходили слишком поздно.
Оставалось надеяться на Румара. Только как он отобьется от вооруженного, заведомо более сильного Охотника голыми руками? Тут никакая удача не поможет.
Отец подмигнул им и скрылся в украшенном ветвями и старой травой, проеме.
Мири сделала глубокий вдох, отпустила пальцы друга, и шагнула следом.
Практически идеально круглую пещеру освещало солнечным светом. Он попадал через щели в потолке, и казалось, что луч можно потрогать.
Нет, в каменном помещении не было никаких порталов.
Двенадцать каменных плит стояли по краям, а в центре пустая площадка. Этакий созданный природой алтарь.
