Каменистые почвы главных долин характеризуются следующими формами: Ptilotrichum canescens С. А. Меу, Lepidium cordatum Willd., Gypsophyla desertorum Fenzel., Stellaria dichotoma L., Trifolium eximium Steph., Oxytropis trichophysa Bge, O. microphylla Pall., Astragalus dilutus Bge, Hololachne songorica Ebrenb., Bupleurum pusillum Kryl., Artemisia Turczaninowiana Bess., A. caespitosa и др., Saussurea laciniata Ledb., Nepeta botryoides Ait., Dracocephalum peregrinum L., Scutellaria orientalis L., Statice speciosa L., Kochia prostrata Schrad., Anabasis brevifolia C. А. Меу, Elymus dasistachys Trin., Agropyrum cristatum Bess., Koeleria gracilis Pers., Stipa orientalis Trin., Allium tenuissium Wuld. и др. По скалам здесь нередки Oxytropis tragacanthoides Fisch., О. squamulosa, D. С, Zygophylhmi pterocarpum Bge, Patrinia intermedia R. et Sch., Scrophularia incisa Weinm., Nepeta macrantha Fisch., Atrophaxis pungens Jaub. et Spach. Поименованные формы попадаются далеко не во всех пустынных каменистых долинах; многие из них выпадают и не встречаются на значительных пространствах.
Боковые лога, открывающиеся в пустынные долины, высокие ровные нагорья или плоские перевалы, как я уже сказал, обычно имеют почву более мелкую, состоящую иногда из плотной глины с некрупным щебнем. Влажность почвы в таких логах и нагорьях обычно возрастает по мере подъема, а это отзывается на составе и плотности растительного покрова, выше переходящего в довольно хороший дерн. Там, где суше, часто доминируют две формы: Astragalus brevifolius Ledb. и синий Astragalus argutensis Bge; раскинувшись низкими, но широкими ковриками, они придают поверхности почвы своеобразный колорит и являются пионерами растительности. Лишь кое-где между ними на красноватой почве белеет мохнатая Panzeria lanata Pers. и сереют кустики кипца и полыни. Выше дерн постепенно сгущается, и появляется много новых форм; здесь основной фон образуют: Oxytropis Saposhnikovi Kryl, Astragalus multicaulis Ledb., A. semibilocularis Fisch., Hedysarum polymorphum Ledb., Potentilla sericea L. и P. multifida L., Artemisia obtusiloba Ledb. и др., Gentiana decumbens L., Statice congesta Ledb., Agropyrum cristatum Bess., Festuca oyina L., Atropis distans Grieseb., Ptilagrostis mongholica Grieseb., Stipa capillata L. и др.
Над ними кое-где торчат более высокие Pulsatilla albana Spreng., Ranunculus plantaginifolius Murr., Delphinium cheilanthum Fisch., var Middendorfii Trautv., Gomarum Salessowii Bge, Libanotis buchtormensis D. С
Изредка по щебнистым сухим ущельям попадается Chiasospermum lactiflorum К. et К. вместе с Nepeta macrantha Fisch, и Urtica cannabinaL.
Обычно задерненные долины и плато являются прекрасными пастбищами, и лишь недостаток воды делает их непригодными летом; поэтому в таких логах кочевники иногда устраивают зимовки, проводя лето у зеленых болот или по альпийским лугам.
Многие из форм пустынных долин и более зеленых логов заходят и в высоко лежащие, старые морены; кроме того, здесь прибавляются Silеne repens Patr. и S. viscosa Pers., Lychnis brachypetala Hornem., Chamaerodos erecta Bge, Umbilicus spinosus D. G., U. leucantus Ledb., Peucedanum salinum Pall., Galium verum L., Matricaria ambigua Ledb., Saussurea pycnocephala Ledb., Serratula nitida Fisch., Campanula Stevenii M. a Bieb., Eritrichium obovatum D. C., Linaria odora Chav., Veronica pinnata L. var. nana, Hordeum brevisubulatum Haek.
Говоря о флоре высоких монгольских степей, мне остается упомянуть, что многие формы, которые считались до исследования монгольских долин едва ли не эндемичными формами для Чуйской области Русского Алтая, являются особенно распространенными в Западной Монголии. В Чуйскую степь, на Укок и в долину Аргута эти формы зашли из своего коренного местообитания -- Монголии. Из их числа упомяну: Astragalus argutensis Bge, A. brevifolius Ledb., A. dilutus Bge и A. tschujensis Bge; Oxytropis Saposhnikovi KryL, O. alpina Bge, O. eriocarpa Bge, O. pumila Fisch., О. Martjanovi Kryl.
Из двух весьма типичных и притом сходных форм Oxytropis trichophysa Bge и О. microphylla Pall. только первая найдена мною в долине Шиветты, тяготеющей к Чуйской степи; вторая же, насколько мне известно, совсем не переходит через пограничный хребет, составляя исключительное достояние Монголии.
В Монгольском же Алтае мною найдены спорадически расселенные Corydalis inconspicua Bge и Valeriana petrophyla Bge, раньше известные только для Русского Алтая.
