— Да, на самом деле. — я должна была уйти, не попрощавшись с Нейтом, что не должно было беспокоить меня, но беспокоило. Может быть, я слишком много значения придала его дружелюбию. Просто потому, что он был хорошим сегодня не означает, что он хотел большего, чем просто дружба. Он хороший парень. Он просто был милым. Милый, милый, милый.
Глава 17
Папа приехал к ужину на Рождество и привёз подарки для нас всех, и даже для мамы. Она забеспокоилась о том, что они договорились не обмениваться подарками, хотя она выглядела действительно довольной красочной картиной в раме, которую папа купил для неё.
— Я думала перекрасить гостиную и именно в эти цвета, — сказала она, приложив картину к стене. Чудесно, она снова думала о том, чтобы покрасить стены. Это был верный признак того, что она оправлялась от своего кризиса.
Я связала Тиму шарф. Да, я знаю. Может быть потому, что он так часто выводил меня из себя последнее время. Шарф был был интересного желто-зеленого цвета.
— Он похож на блевотину, — сказал Тим.
— Тим! — возмутилась мама. — Она упорно работала, чтобы связать его для тебя. Сейчас же скажи «спасибо» своей сестре.
— Спасибо за тошнотный шарф, сестра.
Нейт уехал с родителями Канаду на Рождество, поскольку узнал, что его брат приедет из Афганистана домой на несколько дней. Из-за того, что я видела Нейта чересчур много в последнее время, было странно осознавать, что его нет поблизости. Я просматривала его страничку на Фейсбуке, с тех пор как он уехал. Много раз. Я проверяла его статус, чтобы убедиться, что он поменял его с «в отношениях» на «одинок», что он и сделал. Хорошо. В итоге, на третий день я пролистала вниз наполовину страницу и вот оно. Его имя. Моё сердце пустилось в пляс. Его фотография была новой. На ней был изображен Нейт со братом, они стояли обнявшись, оба широко улыбались.
Нейт Маккензи рад видеть своего брата, приехавшего домой из Афганистана на каникулы.
Я нажала «комментарий» и открылось маленькое окошко рядом с моей фотографией, на которой в основном были мои волосы. Курсор моргнул, словно ждал, что я напечатаю что-нибудь. Что сказать? Я напечатала: Кейси Донован: «Как Торонто? Передай привет Джону от меня.» Это было слишком странно? Слишком фамильярно? Я никогда даже не встречала Джона. Я стёрла все и изменила это на: Кейси Донован «Так здорово, что ты смог увидеться с братом.»
Задержав дыхание, я нажала на кнопку «комментарий». Я уставилась на экран в ожидании ответа. Удивительно, но это сработало. Его имя выскочило в окне чата в нижней части экрана.
«Привет, К. В Торонто холодно. Да, Джон классный.»
Я быстро набрала:
«У нас тоже холодно. Все не так, когда тебя нет.»
Я нажала enter, не подумав. Упс. Звучало ли это слишком сентиментально? Настойчиво? О, нет. Так словно я нуждалась в нем? Тьфу. Почему я написала это? Жди ответа. Жди. Жди. Может быть он должен был уйти. К несчастью для меня, у него было много дел, с его братом и остальными. Я перечитала свой комментарий. Не так без тебя. Это не так уж и плохо. Я бы сказала что-то подобное Люсинде, не так ли? Конечно. Я попыталась себя успокоить. Это был абсолютно безобидный комментарий. И вдруг, его ответ: «Ты сидишь на месте?»
Меня охватило ликование. Он хотел знать, путешествовала ли я с тех пор. Он интересовался мной.
«Пока да. Однако, это немного скучно.»
Он отправил ответ.
«Скучно — это хорошо, для разнообразия. Увидимся в январе.»
Я провела Новый Год с Люсиндой за ежегодным просмотром недавних популярных фильмов и телесериалов с ночёвкой. Мы делали это вместе каждый год, начиная с восьмого класса, потому что никого из нас никогда не приглашали на крутые вечеринки. Прошлые годы были посвящены Заку Эфрону, Орландо Блуму, Роберту Паттинсону и Брэду Питту (даже если он немного староват, он все ещё, ну, крутой).
Мне разговаривали о Нейте, или путешествиях, или о её странном поведении. Мы придерживались разговоров на безопасные темы, такие как увлечения знаменитостей, и непрерывные драмы её сестёр в отношениях.
Когда в январе возобновились школьные занятия, я отчаянно пыталась не терять самообладания. Я боролась со своими порывами поискать в коридорах школы его лицо или думать о нем каждую секунду в течение дня. Однако, я не смогла избежать урока английского (удивительно, как вдруг этот предмет вновь стал моим самым любимым), и того, что мы должны были закончить проект.
Мы встретились в библиотеке. Видеть его снова было сложнее, чем я думала, вопреки — или может из-за — всего того, через что мы вместе прошли, он всё ещё заставлял меня нервничать.
— Хорошо провела Рождество? — вежливо спросил он. Я кивнула. Он сел рядом со мной, но откинулся на спинку стула. Я не была экспертом по языку тела, но я не думаю, что это сулило что-то хорошее. Он вел себя настолько натянуто, можно было подумать, что мы не переписывались в Фейсбуке.
— А ты?
— Да, много семейных дел. Также посетил Йоркский университет.
Мои брови взметнули вверх.
— Зачем?
— Мне предложили полную стипендию.
