Макс прижал палец к губам и показал глазами в угол. Теннари настороженно посмотрел туда, готовый к любым неожиданностям, увидел знакомый свитер, плечо и часть затылка. Ани спала, отвернувшись к борту. Но почему-то спокойнее не стало, скорее — наоборот.
— Ей плохо?
— Она спит… Очень устала, понимаете? Она просила меня проследить, чтобы не будили… А у вас к ней что-то срочное? Разбудить?
Макс явно заразился от Теннари беспокойством. Не дело это — детей пугать…
Теннари усилием воли согнал с лица настороженно-подозрительное выражение, покачал головой. Пошёл дальше.
Бедная девочка устала, чего тут такого? Да и Макс не из тех, что устраивают подобные мелкие пакости… Во всяком случае — только не Ани, он о ней так трогательно заботится. Вполне возможно, это именно из-за него… Впрочем, ладно — это их дела.
Вот только тревога не проходила.
Может быть, дети здесь не причём, а всё дело во вчерашней краже из медотсека?..
Аликс задумчиво покачивала прозрачный шестигранник на узкой ладони.
Ну надо же, кто бы мог подумать…
Дилемма.
Отказаться от предлагаемой чёрным профи работы — но при этом самой не поиметь ничего с такой соблазнительной фишки… Или же таки дать заказчикам то, чего они просят, как и полагается всякому порядочному эриданцу, посрамив этим честь фамилии, но заработав неплохой куш… и потерять плату за бастарда. Потому что девчонка — явный бастард. Наверняка воспитывалась в какой-то глуши, типа Хайгона, вот никому раньше на глаза и не попалась, но теперь кто первый увидит, тот и прав…
И что скажут старшие братья?
Лучше не думать об этом заранее. Старшие братья порой бывают весьма обременительны…
Зато какая вкусная информашка!!!
— Нет, — она усмехнулась, швыряя шестигранную флешку через плечо. Лёгкий шорох, движение воздуха. Нейтральный голос — голос профессионала:
— Означает это ответ на поставленный вопрос или отказ от ответа?
Аликс фыркнула. Развернулась.
Одна из семейных заповедей гласила: «Никогда без особой на то нужды не следует ссориться с тремя силами — хорошо натасканным и обученным профессионалом, молодым сильным кланом и большими старыми капиталами.
Тем более — ОЧЕНЬ БОЛЬШИМИ капиталами».
Клановая печать у этого профессионально-бесполого существа прямо на лбу сияла пятидюймовыми буквами, слепой не пропустит, а большими капиталами от него разило так, что не справлялись кондиционеры.
— Мое «НЕТ» означает результаты анализа — практически нулевую вероятность причастности объекта, — ответила достаточно вежливо, о семейных традициях памятуя. Пояснила: — Это вовсе не означает, что объект абсолютно безгрешен, вас ведь, насколько я поняла, не интересовали ни прошлые, ни будущие интроспекции, только лишь отдельно взятый конкретный случай отдельно взятой конкретной смерти. Так вот, по этому — повторяю! — конкретному случаю ответ отрицательный с вероятностью девяносто девять и девять в прогрессии. Почти идеальный случай. Если вас интересует моё личное мнение, то добавлю, что с вероятностью около девяноста восьми это вообще не было насильственным актом. Исключительный, кстати, случай — обычно стопроцентными самоубийствами считаются те, где вероятность достигает хотя бы девяносто одного процента, а выше девяноста пяти в моей практике вообще впервые.
Вот так.
С вероятностью около девяноста семи она знала, о чём он спросит теперь. И это знание не доставляло ей удовольствия.
Было одно общеэриданское правило, закреплённое генетически, и даже Скауты ничего не могли с ним поделать, хотя нельзя сказать, чтобы не пытались…
Для эриданца не просто немыслимо — физически невозможно исказить передаваемую информацию.
Назовите это как хотите — кодекс, репутация, основа стиля жизни, предрассудки, коллективная склонность к массовому идиотизму, но ежели это закреплено генетически — с ним не поспоришь…
— У нашего подопечного на момент исчезновения из поля зрения охраны были с собою кое-какие документы… На момент обнаружения тела их при нём уже не было. Некоторые из них обнаружены позже, в мусоре. Местонахождение остальных до сих пор неизвестно. У нас есть достоверная информация о том, что объект воспользовалась его полицейской карточкой по крайней мере один раз. Какова вероятность того, что остальные документы тоже у неё?
Вот оно!
Теперь требовалось быть осторожной и деликатной, как слонопитек в музее китайского фарфора…
— Полицейская карточка — единственный документ, на котором ограничиваются лишь генокодом, на всех остальных обязательны пальчики, аура, сетчатка, фото, что, сами понимаете, совместить гораздо проще даже при самой поверхностной проверке… — Аликс сощурилась, потёрлась ухом о плечо. — Подобные документы хранить у себя человеку в её положении… Но вас ведь не идентификационные карточки интересуют, я права?.. Права… Что же касается завещания… Сами понимаете, оно не относится к разряду документов, которые берут с собою просто так, на память… К тому же там ведь наверняка имеется пометка о вознаграждении для предъявителя, так?
— Мы дадим больше, — голос спокоен.
Опаньки!
