на другую сторону оказался невозможен – отвесная стена, ледяной водопад, и дно ущелья, скрытое в белесом тумане, в тумане, который не совместим с жизнью. Ветер завывал что-то из Вагнера. На детей было смотреть страшно. Они не показывали вида, они просто боялись показать этот вид. Каменными руками отец сумел раздобыть дров, соорудить очаг, создать неподвластное гогочущему ветру пространство и развести костер, и это было похоже на чудо. Потом из камней, палок, одежды, снега и льда был создан «дворец», именно так его назвал Мики, потому что более желанного жилища-убежища на тот момент представить было нельзя.
Горел огонь, все конечности невыносимо ныли, не хотелось ни есть, ни пить. Хотелось уснуть и не страдать.
Нико, чуть оклемавшись, собрал всю подходящую одежду и ушел. У него было минут 15 на то, чтобы достать еду, приготовить её и сделать чай. Иначе дети и жена замерзнут. Навсегда. Пальцы ещё слушались, был нож, в реке была рыба – все не так сложно, если бы не так сложно. Отключив всё – чувство холода, чувство страха, чувство безысходности, и сконцентрировавшись только на поимке рыбы – ему это удалось. И вот, через 10 минут, движимый одной лишь Волей, он приготовил рыбу, заварил чай в помятой кружке, из коры дерева сделал навар, и потом ещё долгих 30 минут растирал всех, возвращая к жизни конечности.
Наверное, в каких-то прозрачных летописях всего Сущего описано, как им удалось выжить – возможно, несколько долгих и красочных абзацев, возможно просто тремя словами «Воля-Вера-Любовь».
Но, тем не менее, через сутки отряд был опять в полной боевой готовности – одежда просушена, раны залечены, дух приподнят. Не было только одного – плана, как спуститься вниз.
Вариант родился сам собою, точнее, ничего другого не родилось.
Дерево имело довольно эластичную кору, из которой получилось настрогать несколько десятков метров длинных лохмотьев и переплести меж собой. С помощью камня, как утяжелителя, удалось вычислить высоту ущелья.
Решили спускаться по очереди.
Первой спустили Хелгу. Благополучно достигнув дна ущелья, и подав знак, что она сумела выбраться на берег, жена вселила окончательную уверенность в реализуемость, казалось бы, нереального плана.
Вторым пошел Энтони. Его спуск также прошел нормально.
После этого была взята пауза, необходимая Хелге и Тони для того, чтобы найти какое-нибудь укрытие, развести огонь, самим чуть подсушиться после спуска и приготовиться к встрече остальных.
Затишье было не слишком долгим, буквально через полчаса поступили шифрованные подергивания каната, которые говорили о том, что база готова, и можно продолжать спуск.
Третьим надо было отпускать Мики одного. Уже взрослый пацан. Но отцовское сердце ёкнуло, непростительно ёкнуло. Было принято решение на совместный спуск. Сначала все шло по плану – ледяные брызги, оглушающий шум воды, пронизывающий ветер, острые камни. Но в какой-то жуткий момент отец понял, что канат зацепился за выступ, а поток воды раскачивает тандем, перетирая напряжённую связку коры. Низ скрыт туманом. Да и сколько до туда, до бурлящей конечной водяной глади?
Выход есть всегда – так говорят учебники. Каков был выход в этой ситуации, Нико не знал. Добраться до места, где канат заклинило, не было возможности – все выступы ледяные. Он взял первый попавшийся камень и бросил его вниз – падение длилось чуть больше секунды. Почти 10 метров. Что делать? Что делать? Эта высота может оказаться губительной. «Если я свяжу всю одежду, которую смогу снять, получится метра 2 – не выход. Можно, конечно, падать первым, положить Мики себе на живот, смягчить, таким образом, падение. Ему. Но для себя это почти однозначный летальный исход. И это невыход – спасу одного. А мне надо спасти всех».
Не бывает разумных выходов – проходят только сумасшедшие.
Первым делом Ники сумел докричаться до жены и Тони. Объяснил ситуацию. Голосом вывел их почти под себя. Потом, как-то укрепившись на скале, он дождался, когда трос перетрется окончательно. Итак, в его руках получилось несколько метров каната и устойчивая позиция (Мики тоже пришлось отвязаться от связки и стоять, прижавшись всем своим исхудавшим тельцем к скале). И вот 10 метров пропасти ледяных брызг внизу. 7 метров каната, вытянутая рука Майкла и нога отца – итого почти 9 метров.
«Этого должно хватить» – была последняя мысль Нико.
Когда, стоящие по пояс в ледяной воде, жена и старший сын с метровой высоты поймали очень испуганного, но невредимого младшего, и понесли его к очагу, отец этого не видел, он это почувствовал. Никак не опишешь это ощущение, иначе как «благодать» …
Его выловили не сразу. Ну, во-первых, шума падения не было слышно из-за рева водопада, во-вторых все были заняты реабилитацией Мики.
Жена вдруг как-то встрепенулась и суетливо начала оглядываться по сторонам, при этом, не отпуская младшего, который, имея итак огромные глазищи, сейчас вообще был похож на инопланетянина, только с очень длинными ресницами и очень впалыми щеками.
Энтони метнулся к берегу, как бы прочитав мысли матери, и прочувствовав связь с отцом.
