Все это я слушал, глядя в темное небо. И какую же слабость он увидел во мне если уверен, что я соглашусь. Тщеславие или жадность. Мы стояли перед дверью в дом в небольшом дворике со скамейкой, где раскидистая яблоня уже отцветала, роняя белые лепестки на стол. А на столе стоял кувшин с багровым соком и ваза с орехами. – Выпей гранатового сока и пойдем, поздно уже. – Сказал учитель и вошел в дверь первым.
Выпей гранатового сока и пойдем, Выпей гранатового сока и пойдем, Выпей гранатового сока и пойдем.
Иваныч встал и подошел к столу – Ладно, выпьем гранатового сока и пойдем. – Он достал из пакета бутылку с соком и налил в стакан. Виктор с Сергеем молча сидели и смотрели на хозяина, ничего не понимая. Иваныч трясущейся рукой поднял стакан к губам и отпил глоток.
– Гранатового не было, я взял ежевичный. – Почти шепотом проговорил Сергей.
Хозяин выпил сок и ни слова не говоря поставил стакан на стол и так и застыл в странном состоянии, не отрывая руку от стакана, стоящего на столе. Никто не решался сказать ни слова.
На следующее утро я вышел с учителем на большой двор перед домом, который был, с другой стороны. Вчера вечером я не заметил толком куда мы приехали и теперь с интересом осматривался. Скорее всего, когда-то это было несколько участков с отдельно стоящими небольшими деревянными домами. Затем заборы между ними снесли и окружили одним высоким, объединив землю в небольшое, отдельное поселение. От станции до сюда мы ехали почти час, значит это уже полная глушь, хотя там за забором видны крыши, а значит, соседи все-таки есть.
– Осмотрись вокруг и приходи вон туда, -учитель показал на одноэтажное широкое здание. наверное, бывший хлев или сарай, с устроенными в нем окнами.
Было часов десять утра, но все, кого я видел вокруг были заняты размеренной и спокойной, привычной для них работой. Большой огород в левом углу поселения был огорожен длинными жердями, и за ними несколько женщин нагнули немолодые уже спины в белесых платьях над грядками с чем-то зеленым и сочным. Местная земля плодородная и богатая отдавала зелень просто и щедро. Правее за домом был навес, под которым стоял трактор, и молодой мужик смотрел на меня, прислонившись к большому колесу машины. На меня с интересом обращали внимание все, к кому я подходил, рассматривали и здоровались, когда я приближался. Но как-то быстро забывали про меня и возвращались к работе, как только я отходил дальше. Негромкая женская речь слышалась и дальше справа, где скорее всего был загон для коров. Загон был пуст, а в открытые ворота въехала машина, нагруженная белыми досками. Машина аккуратно, но уверенно повернула вокруг огороженного загона и подъехала к сараю откуда уже выходили встречающие ее мужики. . За забором в поле пели птицы, и я понял, что не так представлял себе все это. Все это совсем не вязалось с тем мрачным словом секта, которая всегда была в моем сознании.
– Что удивлен? – Учитель с улыбкой смотрел на меня. Я перестал его называть Юрка даже в мыслях еще в то утро в санатории. Так было понятнее и правильнее, и показывало реальное место, которое он неожиданно занял для меня.
– А что ты ожидал здесь увидеть? Изможденных узников под конвоем. Здесь никого не держат насильно. Мало того, надо много пожертвовать чтобы оказаться здесь. Пожертвовать и согласиться на условия принятые для всех в нашем обществе. – Он улыбался и внимательно смотрел на меня.
– У тебя много вопросов, но давай для начала я кое-что тебе расскажу.
