Жила-была Одна Женщина (ОЖ), которая один раз весь день провела у своих друзей, у которых умерла мама. Она любила друзей и эту их ушедшую маму, сгоревшую буквально за полтора месяца от рака гортани. С самого утра ОЖ читала канон по усопшей возле тела (ее дочери успели маму крестить перед кончиной), прочесть вслух 400 страниц оказалось гораздо сложней, чем она сперва полагала, и хвала небесам, что на 318-й странице ее сменил приехавший друг усопшей, самый настоящий дьякон с прекрасным баритональным тенором. ОЖ напоили чаем, она курила на кухне и собиралась обратно присоединиться к дьякону, но тут ей позвонил муж, который уже давно волновался, как она там, звал домой, вызвался встретить, встретил, тут же им по дороге попалась старшая дочь ОЖ от первого брака, которая ехала вся в бодром настроении, так как в тот день сдала зачет по литературе в школе на отлично. Они втроем поужинали заказанной пиццей, поиграли с младшими детьми, и тут муж ОЖ предложил ей «вместе поглядеть какое-нибудь дурацкое кинцо, тебе же надо в себя прийти после таких переживаний!». ОЖ благодарно согласилась и отправилась в душ. В душе она полоскалась довольно долго, вышла, прикидывая, что же сейчас будет лучше – почесать глаз обо что-то тыщу раз смотренное и бодренькое, но главное – не грузящее, типа «Факеров» или «Дюплекса», или уж достать несколько заветных, до сих пор несмотренных дисков с разной киноклассикой. Она уже направилась было к полке с заветными, как вдруг ей послышалось, будто в сортире кто-то тихо-тихо что-то говорит. ОЖ удивилась и подошла к двери сортира, из-за которой доносился сильно приглушенный включенной вытяжкой шепот мужа. Муж шептал дословно следующее: «Я так люблю тебя… это невыносимо… я не могу ее видеть, понимаешь… сейчас вот кино еще придется смотреть… я так скучаю… так скучаю…» ОЖ не стала слушать дальше и постучалась. Сортирный шепот резко оборвался, и с этого момента потекли недолгие часы и минуты до того хлопанья дверью, когда стремительно закончилась ее семейная жизнь, длительностью в восемь с лишним лет и числом в двое детей от этого второго брака плюс дочь от первого. Уходя, муж вынес елку – это была его почетная семейная обязанность, и даже в этих обстоятельствах он не нашел причин ей пренебречь. И наступил следующий день, и побежали щелкать другие дни и часы, но уже ничего более страшного и пошлого, чем этот шепоток только что родного человека из-за двери сортира с ней больше не происходило, и ничего она больше не боится, потому что смерти нет, а время стирает память. Старшая дочь поступила в вуз, младшие учатся и занимаются всякими своими интересными маленькими и большими делами, а ОЖ постепенно собрала разрозненный пазл своей жизни в целую картинку, порадовалась этому, и все с ней было дальше хорошо, а как же иначе.
