Девушка безумно любила своих еще нерожденных детей. Даже не зная их пола, не представляя, как они будут выглядеть и на кого будут похожи, Арина не чаяла в них души. Вечерами она представляла, как будет заниматься с ними, как сложно будет ей воспитывать одной, что необходимо восполнить отсутствие мужского влияния. Но девушка была уверена в одном: она справится. Несмотря на то, что с ней случилась такая невообразимая история, что их занесло в другой мир, Арина сможет воспитать своих детей достойными людьми. Будучи молодой и незамужней девушкой, она даже не представляла, что человек может так сильно любить других людей. Эта любовь была гораздо сильнее, чем чувства к мужчине или родителям. Несмотря на все трудности и боль, что уже была и еще предстояла, любовь к малышам была просто невообразима.
Оставшиеся недели Арина не вставала с постели – с каждым днем ей становилось все хуже и тяжелее. Младенцы не успокаивались ни на минуту, как бы передавая эстафету друг другу: сначала бушевал один, потом другой. Придворный лекарь приходил проведывать каждый час, и примерно раз в сутки залечивал одно-два сломанных ребра. Константин так же приходил очень часто, а однажды даже заснул в кресле, что стояло возле кровати Арины. Вместе с самочувствием ухудшилось и настроение девушки – былая веселость и положительный настрой улетучились вмиг. Теперь все желания свелись к одному – скорее бы это все закончилось.
Вот и сейчас Арина лежала не в духе, кривясь лицом при каждом новом ударе под ребра. По словам лекаря, ждать осталось совсем недолго – всего два – три дня. Но чем ближе становился заветный час, тем все больше девушке казалось, что она до этого мига не доживет. Но еще больше Арину расстраивало то, что Акристо так и не вернулся обратно, и по словам Константина не должен был вернуться в ближайшие дни. Последней каплей, что ухудшила настроение девушки, стала Морена. Вопреки своему правилу ненавидеть и издеваться над Ариной, сестра Константина уже трижды за последние два дня явилась её проведывать. И это настораживало.
От нового удара под ребро Арина не сдержалась и вскрикнула. Он был больнее предыдущих, а может Арина просто расслабилась и перестала держать оборону, но здесь её нервы сдали. Прижав к лицу подушку, девушку навзрыд зарыдала.
Тут же в комнату влетел Константин. Даже не спрашивая, что случилось, он молча отобрал у Арины подушку, лег рядом с ней на кровать и прижал голову девушки к своей груди. Немного по всхлипывав, девушка постепенно успокоилась.
– Константин, я больше не могу так. Мне кажется, что я скоро умру от этой боли. Скорее бы это все закончилось…
– Тише, дорогая, успокойся. У тебя просто предродовая депрессия, это бывает. Все пройдет хорошо, все будут живы и счастливы, не придумывай себе ничего плохого. – Поглаживая будущую маму по голове, произнес Константин.
– Это точно?
– Точно.
Поддавшись убаюкивающим и успокаивающим словам короля, Арина расслабилась, и сама не заметила, как уснула. Проснулась она резко, спустя несколько часов, уже одна. Яркая луна светила в окно, указывая на то, что уже давно вступила в свои права ночь. Сначала девушка не могла понять, от чего она проснулась. Сильных шумов или яркого света в глаза не было, равно как и прикосновений к телу. Только вот душу внутри скручивало от непонятного предчувствия – что-то должно было произойти, и это что-то явно нехорошее. Предчувствие становилось все сильнее, а Арина продолжала молча смотреть в потолок. Её вдруг охватило равнодушие ко всему происходящему, вмиг стало безразлично, что произойдет через час, что будет через сто лет. Не хотелось ничего. Уйдя в себя, задумавшись о причине её появления в этом мире, девушка не сразу заметила, что с её телом происходят некоторые изменения. Когда Арина спохватилась, было уже поздно. Не было сил пошевелиться или разжать губы для крика, глаза заволокла чернота, а сердце билось с каждой секундой все тише и все реже…
На этом сознание покинуло Арину.
Все было как во сне, так приятно, тело расслаблено, никаких тревог и забот. Не было никакого желания просыпаться, возвращаться к земным проблемам. Долгое время, а может быть всего мгновение, была лишь чернота. Потом яркими вспышками стали проноситься кадры воспоминаний: последний разговор по телефону с Олегом, большая и уютная ладонь Акристо, выздоровевшая птичка, мысль о том, что она сейчас умрет…
Арина резко села и открыла глаза. От испуга застучало сердце, и даже появилась отдышка. В комнате было так же темно, поэтому тяжело было что-то разглядеть. Чуть успокоившись, девушка прислушалась к своим ощущениям – что-то было не то, что-то было не так. С животом. Не было лишней тяжести, боли, лишь пустота. Положив руку на живот и переведя на него же взгляд, девушка поняла, что было не так. Он больше не был большим, он был пуст.
