– Нет! Точно нет. Я человек творчества, что и явствует из названия должности. Слова так несправедливо недооценены. Они – клад, скрытый не от глаз, как обычно, а от ушей. Ну, и иногда от умов. Искусство, очевидно, – это что-то искусственное, надуманное, словно вторичное по отношению к реальности. Это ремесло создания объектов
– Значит, ваша характеристика одним словом – тщеславие? – уточнила Серафима, собираясь делать пометки.
– А где проходит тонкая грань между славностью и тщеславность? Субъективностью и объективностью? – уклончиво ответил Демиан.
– Вижу, слово, действительно, ваш излюбленный инструмент. Но вам не втянуть меня в демагогию. Продолжим. Как вы смотрите на жизнь?
– Вы хотите сказать «смотрел»? По мне, жизнь – это бескрайняя река, шумно несущаяся в упорно непостижимый океан. И говно в ней не тонет. Так что, если вокруг полно дерьма, значит, я ещё наплаву.
Серафима не делала никаких пометок в бумагах, лишь прищуривалась, словно задумывалась, а слова сами собой проявлялись в анкете перед нею.
– Какой интуитивно-непонятный интерфейс, – заметил Демиан.
Серафима проигнорировала его каламбур.
– Ваш опыт работы?
– Полжизни профессионально занимаюсь выдумыванием и «творением». Как стукнуло совершеннолетие, начал выдумывать бизнес. Разработал прекрасную концепцию бара для веганов «Кабачок». Пока, довольный, вынашивал эту задумку, чем-то подобным разродился кто-то другой. Плюнул. Создал новый проект. Тогда на пике популярности была духовность и сатвичность. Появилось много тех, кто питался праной. Или пытался. Или делал вид. Мне всё равно. Я лишь просёк эту тему и организовал праноедческое кафе. Невероятная этническая атмосфера, благовония, мантры из колонок и самая питательная прана в округе – главная услуга и фишечка заведения. Чистоту и питательность её гарантировал лучший медитатор города, эдакий шеф-повар, который в течение дня практиковал, когда поступали заказы. Честно сказать, я просто прикололся, но троллинг сработал. Спрос и резонанс были впечатляющими. Правда, недолго. Видать, вымерли праноеды. Потом была идея недорогого спорт-кафе для мужиков в больших торговых центрах. Типа: «Посиди, пока жена бегает». Пока собирался с духом что-то начать делать, опять кто-то открыл что-то похожее. Словно мы у одного информационного пруда рыбачили. Только я рыбу глазами ловил, а тот, другой, удочкой. Короче, решил я, что должен не делать, а думать. А делают пускай другие. На то ведь и придумали – общественное разделение труда. Уехал в другой город, пристроился в креативный отдел небольшой компании. Быстро нахватался навыков, многое понял – и понёсся вверх по карьерному эскалатору. К 27 по аутсорсингу разрабатывал самые громкие и успешные проекты для самых известных и богатых корпораций мира.
– Ваше портфолио? – сухо попросила Серафима. – Можно на словах, без справок, документов и договоров.
– Больше всего я горжусь концепцией киностудии, которая занималась записью снов. Как только я смекнул, что наука вот-вот освоит эту технологию, я нашёл несколько профессиональных ОСеров – тех, кто практикует осознанные сны – и продал им нехитрую идею. Это был революционный прорыв! Парни делали действительно уникальный и потрясающий контент. И я стоял у истоков этого жанра. Ещё одна моя крутейшая новация – туризм по прошлым жизням. Одна моя подруга могла отправлять в такие трансцендентные путешествия. Я помог ей открыть турагентство. Из сектантства и подозрительного оккультизма я быстро превратил такую практику в крышесносный мэйнстрим. Мне даже кажется теперь, что духовность многих – моя заслуга. Люди эмпирически убедились в том, о чём, возможно, не ведали даже теоретически. Ну и похвастаюсь вот ещё чем. Была у меня концепция радио ДжаFM: укуренные ведущие в прямом эфире развлекают укуренных слушателей, все дружно торчат со светлого и солнечного регги. Никак не мог запустить этот проект в России. В итоге продал его на Ямайку. Там ДжаFM, по понятным причинам, возымело просто бомбический успех.
– Достаточно, – прервала Серафима. – С фантазией у вас полный порядок. Чего не скажешь об эрудиции. По имеющимся у меня данным, как-то под ДжаFM, или как вы говорите, «укуренным», вы разработали философскую теорию, которая, как потом выяснилось, оказалась восточным учением Дзен. О нём вы даже ничего не слышали.
Демиан на секунду недовольно и даже обиженно поджал губы, потом улыбнулся и поспешил оправдаться:
– Я же говорю: у меня хорошая связь с единым информационным прудом, то есть эфиром. Вот, видать, подключился к незнакомой волне по незащищённому каналу – принял за озарение. Но ведь повторённое незлоумышленно сворованным не считается. Да и лишние знания приносят тяжесть, а мудрость – это легкость.
