- Иногда так и кажется, что вижу, - Давид засмеялся. - Извини, после такого вдохновляющего разговора с Королём, я сам не свой. Конечно, смертные не видят Дар. Но я, как Арденс, чувствую его лучи… внутри. Они словно нагревают наши метки - очень неприятное ощущение. Оно пробуждает страх - страх смерти. Поэтому все Арденсы так боятся Избранных!
- Вот как…
- И нынешняя слабость вампиров действует на нас. Чем меньше в мире тьмы, тем сильнее бурлит наша кровь. Если carere morte исчезнут, она вскипит и сожжет нас изнутри. Поэтому мы так не хотим пришествия Избранного.
- А я думала, страхи Арденсов не имеют под собой реальной основы.
- Об этом мы прежде не говорили никому… Я рассказываю тебе это на правах последнего Гесси, - охотник всё смотрел на город, весёлые искорки плясали в его глазах. Но его радость уже была не бурной - привычно-спокойной. - И расскажу ещё, теперь сказку: был один странный человек в роду Арденсов. В нашей фамилии. Он считал, что наша метка - единственное, что отделяет нас от подлинного бессмертия. Он был уверен, что Атер-алхимик выполнил своё обязательство до конца: наделил первого Арденса и всех его потомков бессмертием. Таким, которое не нуждается в чужих жизнях. Подлинным! Но стать подлинными богами нам мешает метка Макты.
Мира засмеялась:
- Я не верю в бессмертие без расплаты!
Последние лучи солнца покинули мир. Синий вечер стёрся без следа, ночь разлилась над городом. Прозрачная, чистая - кусок стекла в реке вечности. В убежище Мира отодвинула ящик стола и достала очередной конверт. Последнее письмо Карла. Последняя черта.
В эти месяцы, пока Мира перечитывала письма, ей казалось, что друг по-прежнему рядом. По-прежнему жив! Всё было совсем как год назад, когда они были разделены расстоянием и общались эпистолярно. Последнее письмо! Когда оно будет перечитано, она останется одна. Одна - со своей болью, памятью, со своей смешной и грустной любовью.
“Это последнее моё письмо тебе, мышка. Крас утроил слежку, так что отныне все мои послания будут адресованы Даниелю. Это тебе передаст Диана, когда ты очнёшься.
Можешь поздравить меня с высшей в Ордене должностью. Мы приближаемся к цели…”
Дальше целый лист был отдан введению “очнувшейся” Миры в курс сложившейся ситуации. Вампирша грустно усмехалась, читая его: многих, упоминавшихся там охотников уже не было в живых. Сердце дрогнуло на последнем абзаце:
“Carere morte всё-таки удалось меня напугать. И этим carere morte были вы, ледяная королева. Иногда меня ужасает стремление carere morte к самопогибели. Вы так самозабвенно идёте на саморазрушение! Или Бездна притягивает вас? В любом случае, вырывать вас из лап пустоты в последний момент - это сильно утомляет. Ты отдаёшь себя всю, раздариваешь - но эта жертва напрасна! Не делай так, мышка. Не делай так больше никогда!”
Мира долго сидела над письмом, перебирала равнодушную, ни холодную, ни тёплую бумагу в пальцах. Рейды охотников начались, и её накрывала лавина впечатлений от кукол.
- Габриель сообщила вам о новом хранилище кукол Дэви в Сатуре? - интересовался Николас…
- С вами желают поговорить меторские дикари-вампиры, - докладывал Эбри…
- Мира, помните Ульрика Корвуса? Юноша-охотник с последнего Бала Карды? У меня ужасная новость! - Солен…
- Ну что, тётя? Готовы? Предпочтёте избавиться от новеньких или от стареньких? - Винсент отыскал стражу её кукол у дома Гесси и прохаживался перед ними. - Мира, насчёт замены им - не волнуйся. Я уже был у “Гроздьев”. Завтра в твою армию вольётся полсотни смертных. Если у них всё выйдет, очереди ждут ещё две сотни. Ты довольна мной?
- Да, молодец, - безрадостно сказала Мира.
- Так что, порвёшь связь с куклами?
- Да. Начнём с десятка. Помоги мне…
Две её новенькие куклы тем временем танцевали в небе над городом. Танец боли, танец отчаяния, танец мести! Сама Мира никогда не решилась бы на такие движения и пируэты: было что-то неприличное в таком ярком выражении эмоций языком тела, но марионеткам было позволено всё! Хозяйка добавила к ним группу с Рябиновой улицы: ещё пять кукол. Вместе они закружились в странном, потусторонне-быстром чёрном вальсе, образовав новую воронку смерча. Чёрный вихрь, гуляющий в пустоте…
Глава 9
ДЕТИ НЕНАВИСТИ
Темноволосая кудрявая девушка развернула газету и встряхнула её, чтобы тонкие листы расправились. Лира безучастно наблюдала за ней, лёжа в постели. Девушка вкусно улыбнулась из-за газеты, показав острые клыки вампирши.
- Вот она: “Девятнадцатый кошмар Карды”. Читать?
- Читай, - Лира отвернулась к стене. Свою сиделку она не любила. Кудрявую вампиршу исцелённая помнила ещё по бессмертной жизни. Когда-то эта девушка, Калери, посещала собрания “клуба самоубийц”, который вела Лира. Когда-то Лира была её наставницей.
Лира сжалась, но так только яснее слышала удары своего сердца. От тёплой крови, волнами бегущей по телу, её скоро стало жарко под одеялом, и она скинула его на край постели. Теперь кожу обдавало холодом. Рубашка - она чувствовала - была мокра от пота на спине. Девушка скрипнула зубами:
