— Как не помочь таким честным глазам? Конечно, помогу.
— Спасибо, Матвей!
— С утра я сниму по карточке деньги, конечно, наличных у меня в таком количестве нет, и съездим в отделение. А сейчас можешь остаться у меня…
— Нет, я пойду! Мне могут позвонить в номер. Спасибо еще раз, а то муж Аллы даже слышать о ней не хочет, как только узнал, что жена его попала в полицию не одна, а в компании мужчин, и взяли их в частном доме у одного из них.
Степанида послала Матвею воздушный поцелуй и пошла к лифту. Завтра с помощью денег Матвея она вызволит Аллу из тюрьмы. Мысли о красивых глазах Матвея и его смуглом торсе Степанида гнала прочь, так как хорошо помнила, что скоро у этого мужчины должен родиться ребенок, да и вообще вести праведный образ жизни он, судя по всему, не собирался. Стеша быстро пробежала по темной улице между двумя отелями метров триста, взяла ключи и поднялась к себе в номер. У двери ее ждал Денис Борисович в майке и каких-то нелепых шароварах.
— Вот она, красавица!
— Денис Борисович? — удивилась она. — Вы что-то хотели?
— Да, хотел! — подбоченился муж Аллы.
— До утра не подождет? — зевнула Стеша.
— Нет! Сейчас!
— Ну, хорошо, — пожала плечами Степанида, — заходите.
«Наверное, у него проснулась совесть, и он хочет навести справки о том, как вытащить его жену из тюрьмы», — подумала она.
— Заходите в мой номер, — еще раз пригласила она.
— Это уже не твой номер! — зарычал Денис Борисович. — И я хочу, чтобы ты немедленно убралась отсюда!
На лице Стеши отразилось полное недоумение.
— И не смотри на меня так! Я всегда был против дружбы Аллы с тобой. Вот уж поистине «в тихом омуте черти водятся»! Я никогда не думал, что ты верна своему мужу-инвалиду, я знал, что ты гуляешь и вовлекаешь в это мою жену. Та оргия, свидетелем которой я был, стала хорошим тому подтверждением! Вот к чему привела ваша дружба! Аллу, замужнюю женщину, взяли вместе с каким-то типом у него в доме и обвиняют черт знает в чем! Вы и сюда приехали вдвоем, чтобы развлекаться и гулять! Своего жениха угробила и взялась за личную жизнь подруги!
У Степаниды от несправедливости обвинений перехватило дух.
— Уверяю вас, Денис Борисович, что это совсем не так, — ответила она ему.
— Ничего не хочу знать. Номер был оплачен для Аллы, ее здесь больше нет, и я как ее муж все аннулировал. Может быть, хоть таким способом мы избавимся от тебя!
— Я не понимаю… — вконец растерялась Степанида.
— А что тут понимать?! Я снимал этот номер не для ваших забав! Он больше не твой, так что уходи куда хочешь.
— Денис Борисович, вы что? Куда я пойду на ночь глядя?
— А где шаталась до этого, туда и иди!
— Я, между прочим, пыталась вытащить вашу жену из тюрьмы!
— А мне плевать на эту распутницу! Пусть там остается! — побагровел он.
— Знаете что? — тоже подбоченилась Степанида.
— Что?
— Вы псих, Денис Борисович! Я буду рада, если Алла наконец-то развяжется с вами. Могу я забрать хотя бы свои вещи?
— Пожалуйста! — фыркнул Денис Борисович и пошел к себе в номер.
Оставшуюся часть ночи она провела за пренеприятнейшим занятием — собиранием своих и Аллиных вещей в дорожные сумки.
«Куда я пойду с вещами?» — мелькнула у нее мысль.
Степанида спустилась к администратору:
— Могу я оплатить снова свой номер?
— К сожалению, нет, его уже забронировали.
— А занять другой номер я могу?
— К сожалению, у нас все номера заняты, — ответы администратора не отличались разнообразием.
— Я могу хотя бы остаться до утра?
— К сожалению, начались другие сутки, и они уже оплачены…
— Ну, хорошо, — начала закипать Степанида, — а вещи я могу оставить у вас в отеле? Завтра подругу выпустят из тюрьмы, и мы их заберем.
Челюсть администратора отвисла.
— Да, да, конечно! У нас есть камера хранения за дополнительную плату.
— И на этом спасибо!
Степанида сдала вещи после трудных переговоров и вышла из отеля налегке, только с дамской сумочкой.
— Ну, спасибо, Денис Борисович… — пробормотала она и задумалась.
«Куда я пойду? Врываться еще раз к Матвею нельзя. Этот тип не внушает мне доверия, вернее, я не хотела бы с ним остаться ночью наедине. А вот друг Юрка подвернулся очень кстати».
Степанида, недолго думая, набрала номер телефона, который ей оставил Юрий. Через продолжительное время в трубке раздался сонный голос, ругнувшийся на турецком языке.
— Извините… мне бы Юру…
— Я слушаю, — голос перешел на русский язык.
— Это Степанида.
— Степа! Мать твою, ты что как неродная! Что-то случилось?
— Юра, мне негде ночевать.
— Ты где?
— У своего отеля, — Стеша назвала адрес гостиницы.
— Стой там, никуда не уходи, я буду минут через двадцать! — прокричал Юрий и отключил связь.
Степанида поежилась и принялась прохаживаться по тротуару перед гостиницей. Из проезжавших машин высовывались люди и улюлюкали при виде ее. Юрий был точен, через двадцать минут он остановил свою старую машину оранжевого цвета рядом с ней и открыл дверцу.
— Привет, — кивнула ему Стеша, — куда ты меня отвезешь?
— Как куда? К себе, конечно, — покосился на нее Юрий и зевнул.
— Мне как-то неудобно, может, ты пристроишь меня в какой-нибудь гостинице?
— Обижаешь, Степа! — Он включил мотор и тронул машину с места.
