Степанида, находящаяся в шоке после того, что случилось, открыла дверь руками с обломанными ногтями и вышла на неухоженную, грязную дорогу, ведущую к ангару. Всхлипывая от страха и унижения, спотыкаясь на камнях и битых кирпичах, она побрела к этому сараю. Ее мечта о свадьбе с любимым человеком разбилась словно хрустальная ваза, и она хотела посмотреть в глаза тому человеку, который позволил себе так грубо и безжалостно влезть в ее жизнь. Стеша толкнула дверь и вошла в ангар. Дрожащая Степанида в свадебном платье стояла в пустующем помещении и осматривалась вокруг. Под изящными туфельками хрустел мусор, низ красивого платья испачкался грязью, букет она потеряла где-то по дороге. Вдруг в оглушающей тишине ангара раздался характерный скрип. Она похолодела и еле удержалась на ногах. Она знала этот звук, но не спешила оборачиваться, словно не хотела верить своей памяти.
— Роман? — спросила Степанида в звенящей пустоте, так как этот скрип могла издавать только одна вещь на свете — его инвалидная коляска.
— Здравствуй, Стеша, давно не виделись.
Она развернулась к нему и посмотрела сквозь слезы. Он сидел в черной рубашке и черных брюках в своей коляске и смотрел на нее с иронией. Рома выглядел очень бледным, может быть, это казалось из-за черной одежды.
— Ты так соскучился по мне, что решил пообщаться? Тебе не кажется, что ты выбрал не лучший момент?
Роман хрипло рассмеялся.
— Тебе не откажешь в чувстве юмора, чужая невеста. Ты такая красивая…
— Спасибо.
— Твои глаза не светятся счастьем.
— Я была счастлива, помнится, ты мне этого желал, когда отпускал, — голос Стеши дрогнул.
— Помнишь, как мы любили друг друга?
— Помню, — ответила она спокойно, пытаясь унять сердцебиение. — Чего ты хочешь? — спросила Стеша.
— Чтобы ты ответила мне, как ты могла забыть?
— Я ничего не забыла.
— Почему тогда ты сейчас стоишь передо мной в свадебном платье и плачешь по другому мужчине? Ты любила меня?
— Ты же знаешь, что да.
— Ты любишь его? — продолжал свой допрос Роман.
— Да.
— И как вас понять, женщин? — усмехнулся он.
— Рома, не мучай меня, что помешает мне сейчас развернуться и уйти? Я еще успею в загс.
— Надо же, как ты изменилась, как ты бежишь к нему! И ты бросишь одинокого инвалида? — допытывался Роман.
— Ты не имеешь права так говорить, ты знаешь, что я такого не заслужила.
— И все-таки ты уйдешь?
— Я бы никогда тебя не бросила, но сейчас все изменилось, мне жаль… — развернулась Стеша на каблуках и направилась к выходу.
— Это мне будет жаль твоего Матвея, как и доктора Юрия, как и Юрия, друга детства.
Степанида остановилась, кровь ударила ей в голову.
— Что ты хочешь сказать?! Рома, опомнись! Скажи, что ты здесь ни при чем!
Дверь в ангар распахнулась, и внутрь влетел Матвей. Выглядел он очень встревоженным, галстук-бабочка сдвинут набок, роза кремового цвета печально поникла в петлице.
— Браво! Точно по расписанию! Вот и жених! Надеюсь, вы вняли инструкциям и пришли один?
— Стеша? С тобой все в порядке? — Глаза Матвея смотрели только на нее.
— Не приближайся к ней, — громко сказал Роман, и в его руке блеснул пистолет.
Матвей остановился и с удивлением посмотрел на человека в инвалидном кресле, сжимающего пистолет твердой рукой.
— Я только что сказал вашей невесте, Матвей, что вас постигнет та же участь, что и неудавшегося жениха Стеши и ее друга детства.
— Рома, ты не в себе, — сказала Степанида.
— Я давно не в себе.
— Ты сам настоял, чтобы я ушла от тебя, — сказала Степанида.
— После этого кое-что изменилось. Ап!
И Роман поднялся из инвалидного кресла и сделал несколько шагов.
— Ты ходишь! — выдохнула она. — Это нереально! Непостижимо!
— Ай-яй-яй, проказница! — покачал он головой. — Столько лет выносила из-под меня судно и мечтала об этом, а когда это случилось, ты не рада. Нехорошо, принцесса. Именно это я хотел давно тебе сказать, именно это знал твой розовощекий Коновалов, мой доктор. Но вместо того чтобы сказать тебе, что я смогу ходить, он поспешил жениться на моей жене. Я бы не отдал тебя ему и подвесил эту тушу, напившуюся с горя, в туалете, совершенно не сожалея об этом. Ты мне невольно помогла, не явившись на собственную свадьбу и дав повод Коновалову накачаться до свинячьего состояния. А то, что его вздернул инвалид в коляске, этого не мог никто и представить. Это знал только он, но он и погиб. Дальше я стал следовать за тобой по пятам, постоянно гримируясь и оставаясь неузнанным. Я поехал за тобой в Турцию, чтобы вернуть тебя назад. Я не хотел отпускать своего ангела в свободное плавание. Я просчитался в одном, думая, что у тебя любовь с хозяином кафе. Я не предполагал, что ты пойдешь под венец с другим мужчиной. Мне казалось, что ты бежала от этого красавца, а оказалось, ты бежала сама от себя. Я даже видел, как твой «турецкий» друг дарил тебе кольцо и ты приняла его.
Степанида закрыла глаза.
— Он просто отдал мне детский сувенир из проволоки, что хранил. Боже, он за это жизнью поплатился.
