— На лестнице, возле турникета. Мы с Терри вдвоём дежурили в ту ночь…
— Кто-нибудь ещё видел это?
— Только мы.
Феликс метался по комнате из угла в угол, глядя на лист бумаги так, словно он превратился в ядовитую змею.
— Когда это случилось?
— Около полутора месяцев назад.
— Ты кому-нибудь рассказывала о своей находке?
— Конечно, нет! Феликс, объясни, наконец, в чём дело? Эта шифровка…
— Это не шифровка, — Феликс, казалось, напрочь позабыл и о первоначальной теме их разговора, и о том, что был зол на Элис. Его по-прежнему трясло, но теперь уже не от праведного гнева, — безотчётный, всепоглощающий, ледяной страх искажал правильные черты его лица. Элис невольно содрогнулась: то, чего так сильно испугался Феликс, нельзя было недооценивать.
— Это не шифровка. Это географические координаты всех известных нам Зеркал, не стоящих на учёте в Реверсайде.
— Координаты Зеркал? — переспросила Элис, — Но…
— Да, — кивнул Феликс, обессиленно рухнув в кресло, — Говорят, когда наши миры только-только разошлись, все зеркальные поверхности служили вратами, — все до единой. Но с течением времени, по мере того, как миры всё больше отдалялись друг от друга, количество функционирующих проходов становилось всё меньше и меньше.
Элис присела напротив, задумчиво глядя на ровные строчки, старательно выведенные чьей-то рукой.
— Полтора месяца назад, — продолжал он, — нам сообщили, что несколько Зеркал в одном районе были взяты под контроль нашими врагами. Реджинальд поручил это дело мне. Я думал напасть на след шпионов, но все усилия оказались безрезультатными: захват Зеркал прекратился, как только я прибыл на место. Мы так никого и не нашли, — лишь зря потратили время. Но эта записка многое объясняет…
— Утечка информации, — догадалась Элис, — Или…
— Или измена, — тихо сказал Феликс.
— Измена?! — ахнула Элис, захлопнув рот ладонью, как будто произнесла нечто непристойное.
— Всегда, — запомни, — всегда нужно предполагать самое худшее, — наставительно произнёс Феликс, — Лишь пятеро из нас имеют доступ к исчерпывающей информации о Зеркалах.
— Значит, это сужает круг подозреваемых.
— Наоборот, — не согласился Феликс, — Под подозрением оказываются все. Память — самый надежный сейф. Зачем переписывать на бумагу то, что знаешь наизусть? Разве что для того, чтобы передать информацию кому-то, у кого её нет…
— Определённо, почерк женский, — Элис не было нужды смотреть на записку: за долгие часы бесплодных поисков ключа к шифру она успела выучить её наизусть, — И, похоже, тот, кто это писал, не очень-то спешил. Я хочу сказать, — объяснила она, — Что если бы мне нужно было скопировать некий документ, я бы не занималась чистописанием, а попыталась проделать это как можно быстрее. Или просто-напросто сняла бы слепок пространства.
— Пространство штаб-квартиры защищено от копирования, — рассеянно отозвался Феликс. И внезапно нахмурился. — Я не хочу, чтобы ты забивала себе этим голову. Ты поняла меня, Элис?
— Да, но…
— Можешь не беспокоиться, я выясню, кто стоит за этим, — он потряс листком бумаги, — И очень скоро. Изменникам нет места в нашем департаменте.
— И всё же, если тебе понадобится моя помощь…
— Ты ещё не агент. Лучшей помощью с твоей стороны будет не мешать мне выполнять мою работу, и больше внимания уделять своим прямым обязанностям, — отрезал куратор, давая понять, что разговор окончен.
Весь день Элис переваривала услышанное от Феликса, пытаясь сопоставить это с событиями прошлой ночи. Она еле дождалась окончания тренировки: ей не терпелось остаться в одиночестве, чтобы не спеша поразмыслить обо всём, что она узнала.
В одном из подсобных помещений западного флигеля было оборудовано что-то вроде кухни: ей пользовались агенты, остававшиеся на ночные дежурства. Здесь имелась газовая плитка, старенький латунный чайник с погнутым носиком и несколько разномастных чайных чашек. Единственное окно подсобки было до потолка заставлено коробками со всякой всячиной, а слабосильная лампочка в углу не давала достаточно света, но эстетическая составляющая сейчас волновала Элис меньше всего.
Порывшись в шкафу, она обнаружила пачку печенья и початую банку сгущённого молока. Чайник тоненько свистнул; Элис бросила щепотку растворимого порошка в кипяток, зацепила ложкой сгущёнки и присела на табурет.
«Спектралы поджидали в Кирпичном переулке не случайного прохожего, — прошептала она, — Им была нужна я».
Зачем? Чтобы припугнуть. Или убить…
Элис сделала глоток и чуть не захлебнулась, — напиток был ещё слишком горячим.
Им была нужна я. С какой целью?
А вот с целью проблематично.
Тот, кто натравил спектралов, вычислил её адрес. И, скорее всего, он догадывается, что она связана с разведкой.
Но этого никто не знает, — даже Роберт, даже отец.
Даже Лори.
От мысли о фэрлинге сердце её тоскливо сжалось.
Вывод один: у неё есть враг, о существовании которого она до настоящего момента не подозревала.
Внезапно она вспомнила об Эмили. Девчонка — скрытый маг, и этот факт наверняка уходит своими корнями в какую-то тёмную историю. Есть вероятность, что спектралы были предназначены не для неё, а для её скромной соседки.
