— Позвольте мне оценить это самому.
Снейп встал так же рано, как и Гарри, и, не завтракая, а лишь выпив чашку кофе, отбыл к себе, пообещав вернуться через три дня.
— Вы пока, Гарри, посчитайте, когда мы сможем заняться вашими переломами, а с Бёрком договоритесь на ближайшие дни: пусть скажет, когда он сможет быть, и я постараюсь подстроиться под него.
Дуэйн Бёрк ответил достаточно быстро и сказал, что может прибыть в замок завтра к вечеру, о чём Гарри написал Снейпу после тренировки с командой.
Лорд Бёрк, конечно же, знал профессора Снейпа, так как имел двоих сыновей, один из которых учился на Слизерине. Когда он получил письмо от Блэка-Поттера, был заинтригован тем, что юноша получил в союзники самого неожиданного, на его взгляд, мага. Дуэйн был уверен, что тот является Пожирателем Смерти, причём чуть ли не из самых приближённых к Тёмному Лорду лиц. Но не верить Гарри не было причин. В письме тот указал, что зельевар давно за ним «присматривает» и имеет как горячее желание избавиться от Воландеморта, так и личный интерес к Дамблдору. Портрет лорда Арктуруса Блэка подтвердил написанное Гарри. Всего этого Дуэйну было достаточно, чтобы принять положительное решение о встрече со Снейпом, и он не стал её откладывать.
И вот в каминном зале, куда Гарри выставил портрет Арктуруса, сидели он сам, лорд Бёрк и профессор Снейп.
— О чём будем говорить в первую очередь? — поинтересовался Дуэйн. — Крестражи? Дамблдор? План действий Гарри?
— Предлагаю начать с Дамблдора. Мне кажется, что когда мы поймём, чего он добивается, то проясним многие моменты во всей этой истории, начиная с так называемой Первой магической войны и до сегодняшнего дня, — предложил Снейп. — Я за эти два дня немного поразмышлял и пришёл к выводу, что деньги никак не могли быть основным мотивом его действий. Вернее, они являются дополнительным бонусом, но не главной целью.
— И что же вы видите главным? — спросил с портрета Арктурус.
71/690
— Альбус более всего ценит своё положение в обществе, власть, которую он имеет, признание его заслуг, уважение окружающих. Просто возьмите письмо, отправляемое перед началом учебного года, которое получают все будущие первоклассники, в том числе маглорождённые волшебники. Там прописаны все имена, занимаемые должности, награды. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Директор школы чародейства и волшебства «Хогвартс», Кавалер ордена Мерлина 1 степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов. Ничего не напоминает? Мне кажется, где-то схоже с титулом королевы: Её Величество Елизавета II, Божией Милостью Великобритании, Ирландии и Британских Доминионов Заморских Королева, Защитница Веры, — высказал своё мнение зельевар.
— Пожалуй, да. На его месте, даже если бы я расписал все свои регалии, писать о себе «Великий волшебник» я бы не стал, даже с учётом того, что этот почётный титул мне присвоили благодарные граждане, — согласился Бёрк.
— У маглов существует такое понятие, как мания величия. Я прочитал о нём в одной магловской книге по психологии. Их специалисты определяют её как тип поведения личности, выражающийся в крайней степени самосознания своей важности, значимости, известности, популярности, славы, тщеславия, богатства, власти и влияния, — добавил Снейп.
— Надо же, не знал, что маглы так тонко понимают некоторые вещи, — заметил Арктурус. — Видал я вашего Дамблдора в нашем Блэк-хаусе. Ещё тот хитрец. Настоящий волк в шкуре ягненка. И все эти слова ему подходят. Слава и власть — вот чего он хочет добиться, это точно.
— Но как? Какую славу и власть ему дала, к примеру, смерть моих родителей? — спросил Гарри.
— Впрямую он, конечно, не взял на себя лавры победителя очередного Тёмного Лорда, но рядом плотно постоял: Поттеры были его соратниками, он публично объявил, что взял на себя заботу о маленьком герое. Я думаю, что это одна из ступенек к той вершине, к которой стремится Дамблдор, — ответил Бёрк.
— Вы же все видели беседу Лонгботтома и Альбуса. Невилл сказал что-то вроде того, что он не особенно хочет меня убивать после того, как я одержу победу над Тёмным Лордом, и что у них есть какая-то история, которой моё убийство будет прикрываться. Может быть, он снова хочет стать победителем Тёмного Лорда? Допустим, если всё это будет происходить вдали от всех, без свидетелей. Тогда любой, кто будет в курсе, может объявить себя им, — предположил Гарри.
— Или другого Тёмного Лорда, — многозначительно поднял бровь Снейп.
— Какого другого? — не понял Гарри.
— Тёмного Лорда Поттера. У них же там заготовлена на случай смерти какая-то история, — договорил профессор.
— Не верю я, что этот ваш Дамблдор потратил целых двадцать, а то и больше лет, чтобы второй раз назваться победителем Тёмного Лорда, — возразил портрет лорда Блэка. — Скорее всего, он должен был стать им тогда, в 1981 году, но что-то пошло не так, и пришлось отложить этот план на неопределённый период, который теперь заканчивается.
72/690
— Как бы узнать у Невилла, что там за историю они состряпали. Тогда бы многое прояснилось, — задумался Гарри.
