Колдунья. Пленница. Чудовище.Война окончена. Шестнадцатилетняя Эскара Хельсене была Колдуньей, орудием своей империи. Но она сражалась на проигравшей стороне.Теперь она заключенная, отбывающая пожизненный срок в Яме, где можно встретить кое-кого похуже похуже воров и убийц во мраке. Кошмарные демоны из Другого Мира бродят по туннелям.Эска должна бежать, даже если надежды выжить нет. Но никто не убегает из Ямы.Сможет ли она пробиться к свободе или тьма поглотит ее душу и ее судьбу?Война Эски только началась.
Роберт Дж. Хейс
По Острию Бритвы
Моя жизнь началась в тот день, когда мы проиграли войну.
Я помню, как в глазах Джозефа погас огонь. Я помню, как мой самый старый друг сдался.
— Эскара, ОСТАНОВИСЬ! Все кончено. Мы проиграли.
Мы были окружены врагами, стоя на крыше самой высокой башни Форта Вернан. В городе вокруг нас царил хаос, битва разыгрывалась в самых темных тонах красного. За городом были выжженные руины, поля почернели от огня и войны.
— Это еще не конец! — закричала я, в одной руке у меня появился осколок льда, а в другой вспыхнуло зеленое пламя. — Мы можем их взять. Мы — оружие Императора. — О, эта чрезмерная самоуверенность юности, присущая нам до того, как молот и наковальня времени и действительности придадут нам ту форму, которую требует общество.
Я помню, что нас окружило двадцать мужчин и женщин, хотя моя память затуманена яростью. Возможно, их было чуть больше десяти. Некоторые из них были воинами в сияющих доспехах, заколдованных для отражения магии. Другие были Хранителями Источников, как Джозеф и я. Ну, не совсем такими, как мы. Мы были лучше их. В расцвете сил. У каждого из нас было по пять Источников, из которых мы могли черпать силу.
— Все кончено, — повторил Джозеф, хватая меня за руку и указывая.
Внизу, на поле битвы, я могла видеть, как две армии сталкиваются, натыкаясь друг на друга. Звуки рогов перекрывали шум, эхом отдаваясь в наших ушах. И я увидела, как падают флаги. Как сигнальное голубое пятно хрономанта мечется между подразделениями, передавая приказы. Наши солдаты сложили оружие.
Джозеф был прав, был отдан приказ сдаваться. Возможно, приказ еще не дошел до нас, так как мы находились выше всех, но это произойдет. После десяти лет войны империя Орран рухнула.
Тогда я этого не знала, но император был мертв. Пока битва бушевала у наших дверей, а я обрушивала на наших врагов пять видов кровавого ада, они проникли во дворец и покончили с родом Орранов раз и навсегда.
— Ложитесь, — приказал один из терреланских солдат. Его доспехи были серебряными, с выгравированными на них рунами, светящимися розовым. На его лице был страх, как и должен был быть. Я увидела это и улыбнулась. Мы уже убили стольких его товарищей. Они были правы, что боялись меня.
Небо было в огне, кроваво-красное просвечивало сквозь серые облака, над головой сверкали молнии, а гром сотрясал землю. Метеомант отмечал драматическую развязку десятилетней войны.
В жизни бывают моменты, когда мудрее всего сдаться и признать поражение. Джозеф рано усвоил этот урок. Я, как всегда, училась медленнее всех.
— Нет! Я не лягу и… — С моих губ сорвался сдавленный крик, когда Джозеф ударил меня сзади, и мир на мгновение исчез. Следующее, что я помню, — я стою на четвереньках, уставившись на камень пепельного цвета. Несмотря на битву, он был шершавым на ощупь и холодным. Я всегда была чувствительной к температуре. Пиромантия была первой школой, которую я освоила, и остается одной из моих самых любимых.
Когда я подняла глаза, то увидела спешащую ко мне женщину, на ней была терреланская одежда, а глаза светились зеленым светом ее магии. Я почувствовала, как меня захлестывает волна безнадежности, подавляя мою волю к борьбе.
Чьи-то руки схватили меня сзади и приподняли, заставив посмотреть на женщину с горящими глазами. Она сунула руку в мешочек, висевший у нее на поясе, и вытащила пучок бурой травы. Я стиснула зубы и попыталась вырваться из рук, державших меня, но я не была достаточно сильна. Я сражалась магией, а не грубой силой.
Пальцы надавили мне на щеки так сильно, что я почувствовала, что они едва не прорвали кожу. Они заставили меня открыть рот и засунули траву внутрь. Затем чья-то рука легла мне на челюсть, зажимая рот. Вкус был горьким и пряным одновременно, таким горячим, что обжег язык и вызвал слезы на глазах.
Я сообразила воспользоваться магией. Слишком поздно. С приливом силы я подожгла свои руки, превратив их в жгучее зеленое пламя. Те, кто держал меня, закричали и отпрянули. Я вскочила на ноги как раз в тот момент, когда накатила первая волна головокружения. Мир перевернулся с ног на голову, а затем зашатался, но, наконец, восстановился, напоследок сильно вздрогнув. Я снова стояла на четвереньках, а зеленое пламя гасло прямо у меня на глазах.
Как только начинается рвота, ее невозможно контролировать. Спайстрава — сильнодействующее штука. Через несколько мгновений я уже извергала содержимое своего желудка, пытаясь дышать. Мой первый Источник упал на пол в лужу кислой рвоты. От него исходило слабое оранжевое свечение, которое уже угасало. Я почувствовала, что вместе с ним исчезает моя связь с огнем.
