– Может не надо? – неуверенно предложила я. – Ему плохо. Он даже от цепей избавиться не может.
– Ему хорошо, – оскалился брат. – А цепи… короче, Настька, долго объяснять. Металл обработан специальным составом. Мое изобретение. Удержит самого сильного из нас. – Готова?
– Ладно, – сдалась я.
– Ты, – проговорил Лео куда-то в микрофон. На мониторе было видно, как Влад встрепенулся. – Да, ты. Твоя девка у нас, – толкнула брата в бок, чтобы аккуратнее выбирал выражения. Все-таки я находилась рядом. – Узнаешь?
В этот момент к мужчине подъехала машинка, с закрепленным небольшим подносом вместо багажника. На ней что-то лежало. Брат нажал какую-то кнопку, изображение увеличилось. Икнула. Женский палец с моим помолвочным кольцом. Посмотрела на собственную руку. Когда умудрился снять, зараза?
Глаза Соболева загорелись золотом, он рыкнул, дернулся. Без результата.
– Ожидаемо, – усмехнулся Леонид, отключая микрофон и поворачиваясь ко мне.
– Чего ты хочешь? – зарычал Соболев. – Денег? Если ты знаешь, кто я, предполагаю, что знаешь, можешь оценить размер выкупа, какой я способен заплатить.
– Благодарю. Деньги мне несильно требуются, но не откажусь, – любимый зарычал снова, затем дернулся. А я заревела. Зачем я это творю? Лучше бы просто ушла от него, чем мучать дорогого мне оборотня.
– Так что ты хочешь? – обессиленно спросил Влад. К нему подъехала аналогичная машинка, но с другим содержимым. На подносе лежала небольшая коробочка. Соболеву даже двигаться не надо было, лишь протянуть руку, но он не спешил.
– Что это?
– Это, – усмехнулся брат, – сыворотка, которую ты добровольно вколешь себе, если хочешь, чтобы девка несильно пострадала. Понимаешь же, что без одного пальца можно жить. И жить относительно счастливо. А вот без руки или ноги, – философски заметил Леонид, оставляя мою пару домысливать остальное самостоятельно.
– Что за сыворотка? – я была в ужасе. Соболев был так спокоен. Протянул руку, подхватил коробочку, открыл. Вынул пистолет и ампулу.
– Уничтожает одну из разделенных сущностей. Мне все равно какую. Можешь выбрать сам. Человек или волк. Главное, что ты перестанешь быть альфой, – довольно произнес Леонид. – Помни, что согласие должно быть добровольным и надо четко представлять, от какой сущности желаешь избавиться.
– А моя девка? – видела, как Соболев поморщился.
– Отпущу, – он даже думать не стал. Я собственным глазам поверить не могла. Стоило лишь увидеть, как он рванул рукав окровавленной рубахи и приставил пистолет к предплечью, метнулась к двери. Лео удержал, что-то всунув в руку. Ключи.
– Направо и прямо.
Казалось, истекла целая вечность. Но я не уверена, что прошло даже четверть минуты.
– Влад, – сразу угодила в его объятия.
– Цела? – спросил Соболев. Кивнула. А дальше мир для меня перестал существовать. Остались только сумасшедшие поцелуи и крепкие объятия. Насколько крепкие и сильные, что я, кажется, слышала хруст собственных ребер. Но в тот момент мне было абсолютно все равно. Главное, он был рядом. Он выбрал даже не мою жизнь… мою сохранность. Без пререканий, без торгов, без раздумий.
– Зачем? – тихо спросил мужчина, оторвавшись от меня. Так тихо. Так холодно. Уткнулась в его плечо. Стало страшно.
«Я рассказала», – поделилась волчица.
«Когда?»
«Только что».
– Прости меня, – произнесла совсем тихо. Была не уверена, что Влад услышал.
– Я одного понять не могу. Зачем, Ана? – повторил свой вопрос мужчина. На этот раз в голосе чувствовалась какая-то усталость. А я ведь даже не подумала, что буду делать и как оправдываться, если эксперимент завершится в мою пользу. Была так уверена, что Соболев никогда на такое не пойдет.
– Мне надо было знать, – призналась я.
– Что?
– Что ты ко мне чувствуешь? – набралась храбрости и смогла взглянуть ему в лицо.
– Люблю тебя. С ума схожу. Жить без тебя не могу, глупая моя, – Влад больно сжал затылок и снова поцеловал. Но на этот раз поцелуй вышел очень нежным.
– Что я себе вколол? – поинтересовался он.
– Витаминчики, – призналась. Во всяком случае я была в этом уверена. Брат так назвал это зелье. Кто же знал, что надо было обращать внимание на алчный блеск в его глазах. Леонид решил проверить на оборотне, на альфе свое новое изобретение… усовершенствованное слабительное. Но это выяснилось несколько позднее, когда в течении ближайших трех дней Соболев каждый час грозился сжить со свету моего родственничка. Не помогало ничего. Брат счел эксперимент успешным.
Теперь уже я потянулась к губам любимого.
– Ты его еще на полу разложи, – раздался знакомый голос. – Настька, хватит миловаться. Освобождай его и поднимайтесь наверх. Будем знакомиться. Что-то я опять проголодался.
Прошло несколько месяцев после тех событий в моей родной стае. За это время много чего изменилось.
