Площадь, находившаяся на выступе в скале, была круглая и товарные ряды тоже располагались по окружности, в пять кругов, только в центре ряды стояли строем, разделённые узким проходом. Первый круг был отдан оружейникам, с их всевозможными ножами, мечами, луками, пращами и другим оружием. Второй ряд отдан под доспехи. Любые тяжёлые и лёгкие. Шлемы, кольчуги, панцири, толсто-кожаные куртки, разные рукавицы и другая амуниция. В третьем ряду торговали портные и сапожники, предлагая свой товар, а дальше от запахов пряностей голову кружило. Не надо было объезжать весь Дириус, чтоб найти пряности того или иного края, всё было здесь. В последнем ряду, торговали овощами и фруктами, в центре — мясом.
Янир, не глядя по сторонам, направился в центр, где стояли повозки с провизией. Он выбирал тщательно, медленно и скрупулезно, так, что остальные плелись за ним, рассматривая от безделья товар. С некоторыми кок торговался, некоторых проходил, не обращая внимания, но видя такое, Фук понял- к обеду не управиться.
Управились ближе к вечеру. Янир обошёл рынок три раза по кругу. У бедного Краца под конец просто заплетались ноги и у всех в горле пересохло, так, что язык присох к нёбе. Злость товарищей на кока всё нарастала. Они таскались за ним без дела на солнцепёке, от чего голова снова загудела и закружилась. Оказалось в итоге, что таскать им ничего не пришлось, вся провизия была погружена на телеги и спокойно дожидалась отправки в порт. С чувством выполненного долга, Янир, довольно улыбаясь, направился на "Империю", остальные зашагали за ним. Они шёпотом переговаривались меж собой, ругаясь на кока.
— Янир, ты зачем нас с собой взял? — Не выдержал Фук. Его голова кружилась, а тошнота уже давно подобралась к горлу и глубокими глотками он хватал воздух, чтоб остановить её, но она не отступала.
— За компанию. — Довольно ответил Янир. — Я думал, дольше провозимся, а управились в два счёта. — Крац жалобно посмотрел ему в спину. Его ноги вновь подкосились и Мапусу пришлось его подхватить за руки, чтоб тот не упал. В горле пересохло и он уже не первый час мечтал о холодной кружке пива. Впрочем, не он один. Четвёрка, шедшая за коком, до последнего надеялась, что тот заскочит в какой-нибудь бар и угостит их живительным напитком, но тот целенаправленно двигался в порт, на сбор. Уже у самых городских ворот, когда не осталось надежд на угощение, Фук, что плёлся еле волоча ноги, уронив голову на грудь, прорычал и тихо, чем-то напоминая стон умирающего, изрёк:
— Палач у виселицы и то милосерднее. — Но на Янира это не подействовало.
Взойдя на корабль, квинтет пиратов увидел своих боевых товарищей большинством в беспамятном состоянии. Буй, ворча и ругаясь, обливал их водой, но это мало помогало, а капитан молча взирал на происходящее, с безразличным выражением лица.
— Капитан, провизия закуплена и завтра утром будет в порту. — Отрапортовал Янир, косясь на беспомощных пиратов на главной палубе.
— Молодец кок, но нам придётся задержаться. Погрузку следует отложить дней на десять. Нашлись серьёзные повреждения в корпусе. — По виду капитан был раздосадован этим обстоятельством. Глаза смотрели в пол, словно что-то искали там, губы сильно сжались, а мощные скулы стали ещё более выражены. Такой вид капитана никогда не нравился членам команды, но Янир не стал его тревожить, а тихо отошёл, так, что Крикс этого даже не заметил. Новые выходные никогда не навредят коку, тем более, со своей работой он справился и со спокойной совестью мог пойти отметить это. Мапус, Фук, Сайморол и Крац увязались за ним в новой надежде на кружку пива. Их вахта приходилась только на ночь послезавтра и до того момента, пока у Янира были деньги, можно было наслаждаться жизнью.
Как провёл этот вечер Арубатур вспомнить снова не смог, но проснулся на утро в том же переулке.
Под вечер, когда в круглое оконце уже не поступал дневной свет, за Орионом пришли. Он недавно проснулся и чувствовал себя бодрее. Случившиеся у впадины, сейчас казалось страшным сном и ему не терпелось развеять эти воспоминания. Молодой матрос, не старше Ориона с детским, веснушечным лицом, пригласил его следовать за ним. "Наверное юнга". — Подумал Орион, рассматривая бедный наряд моряка, правда и его убранства желало быть лучше. За время похода оно изрядно потрепалось. Одевшись, Орион проследовал за матросом по трапу наверх, на палубу, но в тёмном свете сумерек разглядеть её основательно не удалось. Проникнув внутрь ахтердека, они оказались возле трёх двухстворчатых дверей обнесённые рейкой. Одну из них распахнул матрос и сделав шаг внутрь выпрямился в струнку.
— Капитан, ваш приказ выполнен. — И тут же сделав кивок головой, развернулся и вышел вон. У дверей остался один Орион.