— Иди. — Сказал он и отвернулся к скалам.
Орион неспешно спустился в трюм и за ним люк закрылся. Все люки вахтенные накрыли водонепроницаемым брезентом и экипаж "Империи" остался ожидать. Кто смерти, кто чуда.
Внизу, в трюмах, давила тишина, разбавляемая лишь похрапыванием Сайморола. Находившиеся на нижних палубах, затаив дыхание, вслушивались в звуки снаружи, но там, кроме громких, чётких команд капитана и топанья босых ног моряков, ничего слышно не было. Голос Крикса звучал по- прежнему твёрдо и Ориону он внушал уверенность на успех. После того как "Империя" села на мель прошло около двух часов, а казалось, миновала вечность. Ожидание чего-то неизвестного пугало и даже мужественный Буй изрядно нервничал, прохаживаясь быстрым шагом по трюмам и бурча себе под нос. Его глаза бегали туда-сюда и не могли остановиться на чём-то определённом. Прохаживаясь по трюмам, он бросал злые, пронизывающие взгляды на всякого, кого встречал на пути, словно каждый из них был повинен в случившимся.
— Я старый моряк и знаю устав!.. — Во сне заорал Сайморол в тот момент, когда старпом проходил мимо. Стоявший неподалеку Ентри от неожиданности вздрогнул и шарахнулся в сторону.
— Нажрался… — Процедил сквозь зубы Буй и сильно пнул Сайя в бок. Тот только пискнул и пробурчав во сне, повернулся на другой бок и захрапел с новой силой. — Всем крепко привязать всю утварь! — Прокомандовал Буй. — Сильнее привязать все мешки и бочки и ради попутного ветра в паруса, укрепить пеалосы, чтоб даже перевернув корабль вверх дном, они не двинулись с места!
Все кто находился в трюмах, бросились выполнять приказ старпома, даже сидевшая до этого как мышка в уголке Мариа, поспешила за Элифер, вооружившись мотком пеньковой верёвки.
Кузнец следовала за Орионом, который, в свою очередь, спешил в продовольственный отсек, ибо, как он считал, содержимое в нём было самым дорогим на корабле. Не зря он каждое утро и вечер пересчитывал эти мешки и ящики и уже мог закрытыми глазами сказать, где что лежит, и считал своим долгом спасать именно это.
— Плотнее складывайте! — командовал он пятью матросами, что пришли с ним. — Чтоб не один мешок не порвался и ящик не разбился!
Мариа смотрела в приглушённом свете трюма на грозного Ориона, который казалось готов, был разорвать каждого, кто ослушается его. Его голос, некогда спокойный и рассудительный, превратился в резкий и громкий, из глаз пропал тот задорный огонёк, которым он так увлекал её, хотя признаться в этом, она боялась. Да он даже не пропал, а превратился в пламя жёсткости, а может и озлобленности. Мариа не сомневалось, что Орион не задумываясь сейчас способен ударить человека, коль тот сделает что-то не так. Рядом с ней, вжавшись в перегородку и так же испуганно глядя на друга, стоял Ентри. Он, как и Мариа не мог узнать Ориона, который предстал пред ними, взрослым, самостоятельным человеком, способным управлять и поэтому сейчас Ентри чувствовал себя несмышленым, маленьким мальчиком, перед каким-то дяденькой, который сильнее и умнее его.
— Ентри! — Вдруг окликнул его Орион, но голос того звучал спокойнее, привычней. — Может поможешь? — Юноша на это только кивнул головой и подбежал к другу.
— А нам что делать? — Спросила Элифер, на что получила быстрый ответ клерка:
— Снимайте верхние ящики и ставьте на палубу!
Легко сказать, да трудно сделать. Ящики оказались просто неподъёмными и после нескольких попыток, сдвинуть хоть один, всё закончилось тем, что ящик рухнул на палубу. У Ориона сердце кровью облилось, но он смолчал, бросил на Элифер и Мариа укоризненный взгляд и попросил женщин оставить эту затею. Те торопливо отошли в сторонку, но через несколько минут, на равнее со всеми, таскали мешки с провиантом. Несколько раз к ним в отсек заходил Буй, высказав несколько дежурных фраз и поторопив работников, удалялся.
Орион не знал, сколько времени у них заняла эта работа, но с чувством выполненного долго он доложил Бую о проделанной работе одним из первых. Остальные ещё крепили пеалосы и привязывали вещи, которые при качке могли сорваться и навредить людям.
Как только последний пеалос был прикреплён, последовал новый приказ старпома, казавшийся молодым, неопытным пиратам, безумным:
— Всем держаться крепко! Руками, зубами! Тех, кто не уверен в силах, привязать!
Моряки переглянулись, ну кто признается в слабости рук и попросит себя привязать, но Дик долго не раздумывая, схватил Ентри с Мариа и поволок к степсу* грот-мачты. Ентри попытался вырваться, но хватка Дика была сильна.
— Ты что делаешь!? — Запротестовал Ентри.
— Поверь, так будет лучше. — Ответил Сараллон, усаживая подростков спиной к мачте. Почему-то Ентри возмущался не долго, видимо понимая, что это всё серьёзно. Дик начал обматывать ствол грот-мачты верёвкой, виток за витком, пока не удостоверился, что Мариа и Ентри привязаны надёжно. Затем заложил за головы по подушке, чтобы те не разбили головы и отошёл. После, их примеру последовали ещё несколько человек. И наступила опять тишина в ожидании.