— Шкатулку открыли, а там…тьфу… носовой платок и карта. Эка добыча. На следующий день взбесился Бруи- бородач. Кричал: " Я знаю, что это за карта" Как он говорил, что в "неизвестных землях" находятся бесчисленные сокровища. Он много слышал от бродяг, что там, куда проход охраняют чудища, один герой живёт и сберегает сокровища. Блин, как будто их оттуда кто-нибудь сможет взять… Так вот, наверно от нечего делать, тот, что живёт там, страж этот, нарисовал карту и отправил к нам. Что-то вроде игры. Кто храбрый, попробуй, доберись до сокровищ.
— А что дальше?
— Что дальше, что дальше… Э… О чём это я? А, так вот, этот Бруи — дурак, уговорил капитана, что нам под силу будет туда попасть, мол крепче " Империи" судна не найти. Капитан согласился… Мы всё обрадовались, богатство само шло к нам в руки. Спешили, не терпелось нам… И вот добрались мы до земель, зима уж была, благо в тех краях тепло всегда, добрались значит, и бац… штиль, хоть сам в паруса дуй. В подзорную трубу побережье уж видно, а добраться до него… шиш. Я однажды взглянул одним глазком, в трубу то, — зрелище жуткое. Две скалы, меж ними узкий пролив, там дальше бухта. На одной, высокой, так, что вершина пряталась в тучах — чудище с множеством голов, на собачьи похожи, на другой- чудище ещё по страшней. Я зароптал. Марсианин, так тот от страху трясся так, что черудея не помогала. Два дня мы стояли, не ветерка, страшный лай и визг слушали, побелели со страху, а потом… Потом ещё страшнее…
— Что страшнее?
— Океан обмельчал, можно дно было увидеть. Чуть на мели не застряли. Нас понесло к скалам, с такой силой, с какой " Империя" в жизни не ходила. Паника на корабле. Я сам видел, своими глазами, как встало чудище с собачьими головами, а ног у неё столько, что со счёту сбиться можно. Ротики свои открывает, обед значит почуяла, а зубов то… в шесть рядов не меньше. И тут нас как отбросило назад, да ещё с большей силой, паруса разорвало в клочья, кто не держался, так сразу за борт. Где там спастись уж? Волна метров тридцать, накрыла с головой, бизань-мачту* сломало, бушприт с корнем вырвало. И снова стихло. Сильно кричал на Бруи капитан, а тот на своём, мол, сокровища ждут. Да какие сокровища, самим в живых остаться и повернули обратно. Бруи негодовал сильно, говорил не остановиться на этом, всё равно доберётся до них, да его никто уже не слушал…
— И всё?!
— Тебе что, мало? Тебя бы туда.
Разочарование и неопределённость бушевали внутри Ориона. "Сокровища, сокровища… Покорители океана, искатели приключений… Не долго гнались за богатством, смельчаки".
— А причём тут остров Стригинил? — Неожиданный вопрос застал Сайя врасплох. Он не знал что ответить, удивление и непонимание застыли на его лице. Он рассказывал о жутком проливе, а этот мальчуган о Стригиниле спрашивает.
— А при чём здесь Стригинил?
Орион замолк на минуту.
— На карте остров Стригинил.
— Слышишь? Я карты не видел, но не думаю, что капитан не знает географии. Стригинил в другой стороне, ты что, думаешь, это была шутка такая?
— Нет, нет… — Орион, видя рассерженное состояние рассказчика,
------------------------------------------------
*Бизань-мачта- Третья мачта корабля. Ближняя к корме.
поспешил удалиться. Вызвать гнев любого из пирата- опасно, а союзников на корабле у него не было, за исключением, наверное Арубатура.
О Фуке Орион вспомнил вовремя, тот как раз в это время, довольный, поглощая яблоко, поднимался на палубу, мурлыкая под нос какую-то мелодию. Утренняя работа видно не испортило его настроения, он, по- видимому совсем освоившись в пиратской компании, стал как и прежде шутить со встретившимися на палубе, выдавая острые шути в их адрес. Орион, увидев эту картину, удивился. Утро для мельника начиналось не так радужно, припомнив, как грубо его разбудил кок.
— Фук! — Крикнул он и Арубатур, расплывшись в улыбке, раскинул руки, встретил друга. — Фук, что происходит?
— Орион, старина! Я рад тебя видеть. Целый день ты где-то пропадал. Это бумажная работа тебя испортит. Ты даже не обедал.
— Я не хочу, спасибо! А ты как?
— Я как видишь, радуюсь жизни. Знаешь, везде есть положительные стороны.
— Но как, тебя отправили на камбуз рано и ты, нельзя сказать, что был счастлив?
— Пойдём дружище, пройдёмся по кораблю, где можно найти столько достойнейших людей, на чью честь и слово ещё можно положиться. — Вторую часть речи он говорил громко, чтобы его могли услышать большинство находящихся на верхних палубах, но радужных эмоций у тех это не вызвало. Косые взгляды и ехидные улыбки — это всё, что заметил на их лицах Орион. Он напрягся. Вызвать такие взгляды у пиратов на их корабле- сумасшествие, не меньше. Фук наоборот сиял, его широкая улыбка не сходила с лица и отойдя поближе к носу судна, они остановились у бушприта.