Если после шторма верхние палубы претерпели значительные изменения, то сейчас их и вовсе было не узнать: на двух оставшихся мачтах отсутствовали реи и стеньги, не было фальшбортов, трапов на квартердек. Ванты и перты были срезаны. Вся балюстрада, все двери пошли на строительство плотов. Деревянный настил палуб тоже частично был разобран, но в итоге шесть плотов были готовы.
— Плоты на воду! — Скомандовал Орион, он уже уверенно себя чувствовал в роли капитана, да и никто из команды не противился этому. Только Ентри и Мариа было как-то не по себе. Они теперь и не знали как обращаться к своему другу, толи капитан, толи по-прежнему Орион, толи и вовсе стараться избегать разговоров с новым капитаном пиратской команды. — Распределить провизию по плотам!
Пираты носились по палубе, выполняя приказы Ориона, плоты, удерживаемые у борта "Империи" канатами быстро начали наполняться мешками, ящиками и бочками. Провизии оказалось так много, что часть пришлось оставить на корабле, иначе она грозила занять большую часть плота и утяжелить его.
— Команда, по плотам! Первые женщины! — Снова скомандовал Орион. Его голос даже стал по капитанскому твёрд и громогласен. Даже нотки грубости звучали в нём и это очень беспокоило Мариа. Она испуганно смотрела на друга и вспоминала того общительного, высокого, русоволосого паренька, который занудничал по поводу географии и мечтал о путешествиях на берегу приятно журчащей речки. Теперь перед ней другой Орион: взрослый не по годам, без того мечтательного огонька в глазах и без той беззаботной улыбки. Сейчас он стал чужим. Она склонила голову к груди, чувствуя, как комок подкатил к горлу и из глаз вот-вот выкатятся слёзы и побрела к борту.
В тот момент, когда Мариа только коснулась площадки плота, из трюма, весь сырой и зверски усталый, появился Буй и ещё двое.
— Поспешите! Трюмы в воде! — Выкрикнул он и сел у люка. — У нас не больше часа!
" Империя" уже дала значительный крен к носу. Он уже был заметен и неопытному моряку.
— Ускорить посадку! — Скомандовал Орион и усталый Буй медленно поднял голову и посмотрел на юношу. Пираты слушались его не пререкаясь и это удивило старого моряка. Даже ему приходилось слышать в свой адрес бурчание и ругательства за спиной, а здесь моряки выполняли команды даже не наградив Ориона косыми взглядами, а ведь он моложе почти каждого из них и на много. "Видимо авторитет Ориона делает своё дело"- Подумал Буй и собрав последние силы, поднялся и чуть пошатываясь, подошёл к юноше.
— Ты отлично справился с задачей. — Он по-отцовски похлопал Ориона по плечу. Корабельный клерк никогда не видел таким старпома, таким сентиментальным. Ему всегда казалась, что тот твёрже камня, но сейчас перед ним стоял усталый, постаревший за сутки на десяток лет человек, с опустошённым взглядом и тихим голосом говорил: — Я горжусь тобой. Мы с Дуилером воспитали отличного капитана…
— Но я не смогу! Какой из меня капитан? Я не в кораблестроении, не в навигации не силён…
— Ты силён духом, капитан Орион Хьюди! — старпом небрежно улыбнулся и снова похлопал по плечу юношу и направился к плотам.
"Империя" коснулась гальюном морской поверхности, вода затапливала уже оружейную палубу и все моряки чувствовали и видели, как их корабль медленно погружался под воду. Кто-то из тех, кто был на плотах, не мог сдержать слёзы, кто-то, отвернувшись, старался отрешенно смотреть в морскую даль, а Сайморол и Мапус со злостью сжав кулаки, смотрели на скалы и их взгляды полные ненависти, выражали всю ярость, кипевшую у них внутри. Им не терпелось преодолеть этот пролив и доказать, в первую очередь самим себе, что их жертвы были не напрасны.
Штевень* корабля показался над водой. Это означало конец. Бак судна ушёл под воду и на главной палубе оставалось только трое: Дикин, старпом Буй и Орион. Дик, ждал, когда все перейдут на плоты, чтобы обрубить концы. Буй и Орион осматривая жалкое состояние некогда великих палуб, которые видели прекрасные красоты всего Дириуса, ужас океанских штормов, победные ликования и трудные будни моряков, прощались с кораблём, который соединил вместе не одну судьбу, который был сам судьбой. Его восхваляли, им восхищались, за него умирали. Теперь и он, спася несколько десятков жизни, умирал, тихо и медленно.
Орион сжимая в руках корабельный журнал, плакал и это видели все. Он и не пытался скрыть слёзы, ибо плакал не только он. Слёзы многих поблёскивали на щёках и даже Буй, опустив голову, нет-нет, да
*Штевень(ахтерштевень) — кормовой брус, вертикально установленный на киль.
проводил пальцем под глазами.
— Пора. — Тихо произнёс Дик.
