— И всё? — Удручённо спросил Ентри. Ему-то хотелось увидеть больше, найти какой-нибудь потайной ход, сохранившееся оружие, а тут голые стены, да пыль времён. Явно разочарованный, он отправился спускаться вниз. Сойдя на второй этаж, он почему-то не остановился в коридоре, чтоб уйти знакомым путём, а шагнул на ступени, ведущие дальше вниз. Лестница сильно петляла, освещаясь редкими оконцами, но темнота, отчего-то, не сгущалась над ней. Ентри четно пытался найти этот источник света. Наконец, они спустились в длинный коридор, уходивший куда-то влево. Здесь окон и вовсе не было, не было ни факелов, ни единой заметной трещины в стене, откуда мог исходить свет, но коридор освещался, немного бледно, но кончик Лентибра, Ентри отчётливо видел. " Сам воздух светиться? А может, я привык к темноте"? — Промелькнуло в голове у Ентри.
— Вы видите свет? — Решил спросить он у спутников, ожидая хихиканье за спиной, но в ответ услышал напряжённый голос Мариа:
— Да.
Ентри, сам не понимая, почему обнажил меч и сжал его двумя руками.
— Ты со светом им будешь драться? — Услышал он за спиной и обернувшись, сам испугался, как хорошо мог видеть лицо Сараллона, а ведь тот был в метрах трёх от него. Тем временем как напряжение возрастало, коридор плавно перешёл в другой. В узкий, но высокий, с заваленными, каменными плитами углублениями в стенах, расположенных в четыре горизонтальных ряда. От него отходило ещё несколько таких же коридоров. Вдруг, пройдя ещё немного, Ентри, осознав случившееся, остановился.
— Это лабиринт. — Он обернулся к Мариа и Дику. От непоколебимой уверенности ни осталось и следа, страх и отчаянье выражало его лицо.
— Доигрались. — Протянул Сараллон. — Я как чувствовал, что что-то не так. — Ребята с надеждой смотрели на него и он понимал, что теперь ему предстоит выводить их отсюда и как можно быстрее, пока отчаянье полностью не завладело ими. — Это не что иное, как катакомбы- место погребения солдат.
— И что нам теперь делать? — Спросила Мариа, ещё не совсем осознав возникшую проблему.
— Выходить быстрее отсюда. — Ответил ей Сараллон, повернувшись и направившись в обратном направлении. Остальные поторопились за ним, но пройдя с десяток ярдов, они остановились у раздвоенного коридора и поняли, что путь назад будет не так уж лёгок.
— Ты знаешь куда идти, Ентри. — Спросил Дик в надежде, что юноша вспомнит откуда они пришли.
— А я то откуда могу знать? — Почему-то, ответа вроде этого и ждал Сараллон. Оставалось только гадать. Недолго думая, Дикин свернул влево. Он спешил, благо, невесть откуда взявшийся свет, освещал путь. Он освещал все коридоры, только потолок катакомб, оставался под властью мрака. Поспешая, Ентри успевал заметить надписи и рисунки на плитах, что закрывали углубления. Большинство из них прочесть мальчик не мог: старый язык Градилуна он не знал, да и времени на остановку теперь не было, но могущество и таинственность этих стен, почувствовал всем телом. Дик снова свернул влево, потом вправо. Коридоры казалось, размножались с огромной скоростью. Остановившись на секунду, Дикин увидел перед собой четыре новых коридора и всё новые и новые гробницы солдат.
— Жутковато как-то. — Испуганно сказала Мариа.
— А может нам метки оставлять? — Предложил Ентри, но пока он сам ещё не придумал чем.
— Молодец Ентри, молодец! — Раздосадовано всплеснул руками Дик. И суровым взглядом посмотрев на юношу, процедил: — Раньше метки ставить надо было! — Дик отвернулся, чтобы успокоиться. Что они окончательно заблудились, поняли уже все и скрывать это, смысла не было. Впереди, как впрочем и сзади, длинные коридоры и никакого намёка на выход.
Дикин тронулся дальше, переходя на бег, он сам того не желая, демонстрировал свою не уверенность, страх, а с ним и паника стали овладевать и Мариа, а вскоре и Ентри. Они оба спешили за Сараллоном, боясь потерять его из виду и остаться совсем брошенными в этих катакомбах. Надежда, если она и оставалась, то связана у ребят была только с Диком, а тот заходил всё глубже и глубже в лабиринт. Такое впечатление сложилось у всех троих, но никто из них не мог ответить, почему им так казалось. Становилось значительно светлее, но этот свет, больше пугал путников, чем подбадривал. Воздух вокруг становился более влажным и несвежим, какое-то странное чувства присутствия ещё кого-то, не отпускало их. Дик снова остановился.
— Гробницы здесь более древние. — Шёпотом произнёс он, с осторожностью посмотрев на ребят, потом за их спины. Смахнув рукой пыль, с каменной надписи одной из гробниц на первом ярусе, он подозвал Мариа поближе и показал на какие-то цифры: " 3 3 2378". — Это дата захоронения. Это произошло задолго до Большой войны, понимаете? — Мариа и Ентри неуверенно качнули головами, Дик продолжил:- Когда мы зашли в катакомбы, гробницы были датированы годами куда более поздними… Мы заходим всё глубже и глубже. — Сараллон снова бросил взгляд вперёд, но ничего кроме стен коридора не увидел.
— И что нам теперь делать? — Спросил Ентри, как всегда адресовав его Дику. Тот, помолчав с несколько секунд, шагнул вперёд.
