К счастью, Сараллон вернулся минут через пятнадцать. Вершина горы оказалось после пятидесяти метров рыхлой, песчаной земли. На её вершине, чуть в стороне, находились каменные постройки: осыпающаяся от битв и времени башня, окружённая стеной, также почти до основания порушенной. Дик, направился прямиком к башне и остановился недалеко от её основания, у одной из внутренних стен и уже в окружении камней снова спешился. Остальные последовали его примеру. Ентри заметил, как быстро сгущались сумерки, попытки найти хворост у него не увенчались успехом, он всё время спотыкался в потёмках о камни и падал. Благо, у Дика дела продвигались значительно лучше, по возвращению Ентри, маленький костёр уже разгорался и освещал добродушное лицо Мариа. Ентри подошёл и огляделся. Полуразрушенные стены окружали их в кольцо. Справа, ещё можно было разглядеть разбитую вершину башни, но и она постепенно уходила во тьму. В центре, не далеко от костра, находилось что-то вроде колодца, широкого и пустого. Сколько камушков не бросил туда Ентри, всплеска воды он не услышал, только грозный возглас за спиной:
— Прекрати! Тихо. — Дик не на шутку заволновался, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к тишине. Раздосадованный Ентри присел у костра.
— Что это за руины?
— Пограничная крепость Трад. Оберегала границы Градилуна во времена Большой войны*. Легенда гласит, что однажды утром страшный, истошный вопль раздался над крепостью и густой голубоватый туман, окутав её, разрушил внешнюю стену и крепость без боя сдалась. Хотя до этого войны храбро защищались в течение трёх лет.
— Странно как-то. — Шёпотом произнесла Мариа. — Из тумана никто не вышел живым. Боя не было, а стены превратились в руины. Я читала про эту историю.
— Да и вообще, бессмысленная была война. — Вороша золу в костре, сказал Дик. — Воевали друг с другом, каждый против каждого, лишь бы ухватить кусок земли и рабов побольше пленить. — Сараллон замолчал, рассматривая, отбрасывающие на каменный пол тени стены. — Градилуну не повезло. Он только оборонялся, а его как раненого зверя разрывали на куски… — Дик поник, опустив голову на грудь, он словно чувствовал свою вину за гибель некогда могучего государства.
Тем временем появилась бледная луна и на чёрном, небесном ковре вспыхнуло множество звёзд. Мариа вдруг осознала, что близится очередной ночной кошмар, в котором ей надо будет вновь сразиться с неприятелем. " Спать и сражаться. Хм, смешно". — Подумалось ей. Но тело её уже всё напряглось, холодный пот пробежал по спине и мелкая дрожь от волнения, поглотила её.
— Волнуешься? — Неожиданно задал вопрос Дик. Он смотрел на девушку как никогда тепло, по-отцовски даже, хотя был всего на десять лет старше, он бы рад разделить муки сна с ней, но не мог. И за то, что ничем не может помочь ей, он тоже ощущал свою вину.
— Да, но я справлюсь. — Ответила Мариа и поняв, что время пришло, пошла укладываться стать.
— А если не спать? — Вдруг встрепенулся Ентри. — Если побороть себя и не спать?
*Большая война- Война началась около 2400 года, велась множественными племенами и государствами за разделение мира, длилась более двадцати лет и закончилась крахом Градилунской империи и разделом её земель.
— Ентри, на долго тебя хватит? Спать надо. Да и только там можно остановить врага.
Ентри снова поник. Он впервые, после начала путешествия, оставляет Мариа один на один с противником и ни чем не сможет ей помочь. Эта беспомощность озлобила мальчика. Он стиснул зубы, вскочил на ноги и с размаху пнул кучку хвороста. Та разлетелась в разные стороны и прикрылась ночной тьмой.
— Неужели нет другого выхода? — Ентри подошёл к колодцу и взглянул в его пропасть. — Даже у этого колодца есть дно, есть основа, сколько глубоким он не был, у него есть конец.
— Но чтобы достичь дна, тебе нужны силы. — Ответил Дик. — Мариа тоже может дойти до конца, но и ей нужны силы.
Ентри немного остыл, ещё раз взглянув в нутро колодца, он отступил и присел обратно к костру.
— За меня не волнуйтесь, я справлюсь. — Нежный, безмятежный голос Мариа звучал как надежда, как новый прилив сил, не для неё, для них, мужчин, которые ни чем не смогут помочь в новой битве. Дик и Ентри повернулись к Мариа. Её юное личико освещали отблески костра и в этой полутьме, оно казалось таким прекрасным, что Ентри чуть не заплакал, вспомнив, каким оно было прошлой ночью. Мариа улыбнулась.
— Всё будет хорошо.
Подвинув одеяла ближе к костру, она легла, наблюдая. как языки пламени срываються к небу и исчезают в нём, оставляя еле видный дымок. Она глубоко вздохнула, поправила одеяла и закрыла глаза. Дик и Ентри молчали, погрузившись, каждый в свои раздумья, но те неразрывно были связаны с Мариа.
