Это правда. Очередной заказ. Наемники выполняют любую работу, которая приносит деньги. За лечение людей в Шаторе, тайком от высших духовных чинов Единой Веры, платили служители храма Единого Бога, работающие при госпитале. И платили очень неплохо. Уже одно это говорило о том, в каком плачевном положении оказались люди. И пока мы четверо бездельничали в гостинице на окраине города, Кай и Сарин, Тени Истока, которых священникам удалось нанять, работали в госпитале, сменяя друг друга. В то время я так и не задавалась вопросом, что сказало бы духовенство, рьяно защищающее уклад Единой Веры, узнай они о проделке своих служителей. Ревностно хранящие веру в Единого Бога обратились за помощью к тем, у кого нет души. Впрочем, тогда мне было безразлично, как вообще священнослужители относятся к Безликим - Богам, существование которых, в отличие от Единого Бога, сомнений не вызывает. Считают их Духами Тьмы, забирающим души у простых смертных в обмен на демоническую темную силу? Вряд ли. Скорее всего, просто не обращают внимания. Вера в Единого Бога хороша своей гибкостью. Раньше любое природное явление можно было объяснить Божьей волей. А сейчас даже Единому Богу приходится уживаться в одном мире с карами, энергией, гильдиями и Тенями. Чего не сделаешь ради собственного существования.
Тени не забывают того, что происходило в их жизни. Я могу воспроизвести в памяти любую прожитую секунду, хотя как раз в припоминании секунд необходимость возникает очень редко. Мгновение, когда я приняла решение обмануть своего лидера, я тоже помню отчетливо, словно это произошло только что. Я помню, как сформировался в моем мозгу план действий, как звено за звеном собралась цепочка, по которой я смогу добраться до цели. Я помню все, но как ни стараюсь, не могу вспомнить, что за мотивы толкнули меня на действия. Почему я пошла на сделку за спиной Кая. Почему не подумала о том, что ему все может быть известно. Почему он так ничего и не понял...
'...некоторые вещи лучше не изменять. Даже если у тебя есть такая возможность'.
Сарин призналась, что обо всем знала. И поступила так, как поступила бы любая Тень Истока. Она сбежала. Кай этого не сделал. Более того, он не попытался меня остановить, зная, что погибнут ни в чем не повинные люди. Означает это то, что он знал и не изменил то, что, почему-то, лучше не изменять? Или же мне удалось обмануть его как того и хотела? И чего на самом деле я хотела?
В лицо пахнуло жаром, перед глазами метнулись языки огня, и я вновь почувствовала боль, пожирающую не только тело, но и рассудок. Легкие наполнились горячим едким дымом, горло сдавило. Я закашлялась, судорожно, но тщетно пытаясь вдохнуть, и...проснулась.
Лобовое стекло кара покрыл слой снега, отчего было непонятно, какое сейчас время суток. К тому же, за время, пока я спала, кар окончательно остыл и тело била мелкая дрожь. Но я не могла сосредоточиться на этих неудобствах. Мои мысли все еще были там, где я горела. Снова. Сердце стучало так, что было больно в груди. И отчаянно не хватало воздуха. Я до ломоты в пальцах стиснула руль, опустила на него голову и вновь закашлялась. Перед глазами пылало, разум никак не хотел возвращаться в реальность. Не знаю, сколько я просидела так, сжимая руль, и пытаясь справиться с иллюзорными жаром и удушьем. Наконец, сердцебиение вернулось в нормальный ритм, легкие перестали судорожно сжиматься. Я откинулась на спинку кресла и еще некоторое время лежала с закрытыми глазами. Затем почти на ощупь повернула ключ зажигания, и только после этого рискнула разлепить веки. Снег, холод, кар. Никакого огня. Мне померещилось. Приснилось... На приборной панели красные цифры электронных часов показывают время - пять часов сорок минут. Я проспала всего сорок три минуты. И увидела сон. Включаю щетки лобового стекла, наблюдаю, как те с трудом сгребают преграду моего обзора. Оказывается, снег все еще идет и на расчищенное стекло тут же ложится новый слой мягких снежинок. Нужно срочно трогаться с места, пока это еще возможно. Бак кара заполнен больше чем наполовину и будет жаль расстаться с транспортом, который фактически еще на ходу, из-за того, что его просто заметет снегом. К тому же, до настоящих метелей мне еще предстоит доехать. Кар завелся сразу, но вот тронуться с места получилось лишь с третьей попытки. На минимальной скорости я повела машину по заснеженной дороге дальше на север. Снежинки кружили в воздухе и налипали на стекло, но щетки пока еще справлялись. И все-таки, нужно подумать о будущем. Топливо в баке закончится и оказаться в этот момент посреди заснеженной равнины мне не хотелось. Нужно срочно искать город. Любой. Там, где есть люди, найдется и работа. Любая. В конце концов, я все еще наемник, а наемники берутся за всякую работу. Лишь бы платили.