На следующий день к нашему бараку подкатила ослепительная губернаторская машина, из которой вышли господин и дама. Унтер-офицер без всяких распросов отодвинул рогатку из колючей проволоки и пропустил посетителей. Мужчина представился как Исаак Дон Левине из Нью-Йорка. Дама была его женой, отдыхавшей во Флориде; она вместе с мужем предприняла на самолете эту небольшую прогулку из Майами на Ямайку. Было видно, что она урожденная американка, хотя в ее английском языке нельзя было не заметить польско-еврейского акцента. Хотя г-н Исаак Дон Левине выглядел и не вполне элегантно, знаток, взглянув на его белый летний костюм и панаму, сразу мог заметить, что они были из самого дорогого и наилучшего материала.
Вошедший бросил гневный взгляд на вежливо ретировавшегося унтер-офицера. Господин Левине был полон жгучей ненависти к англичанам. Хотя о его прибытии губернатор был извещен самим английским послом в Вашингтоне, бывшим министром иностранных дел лордом Галифаксом, на аэродроме в Кингстоне его и жену раздели чуть ли не донага и обыскали, словно речь шла о каком-нибудь незначительном путешественнике или даже контрабандисте. Между тем г-н Левине, как он нам сообщил, является в настоящее время одним из наиболее известных и преуспевающих публицистов Нью-Йорка. Весной он выпустил самую сенсационную книгу последних лет под названием «Out of the Night» — «Бегство из ночи», автором которой являлся бывший немецкий коммунист, переживший необыкновенные приключения. Человека звали Кребс, но, чтобы ввести гестапо в заблуждение, он писал под псевдонимом Ян Валтин. Валтин заработал свыше ста тысяч долларов, а г-н Левине, вероятно, еще больше. Господин Левине читал мои записки.
— Книга будет иметь огромный успех, даже еще больший, чем книга Валтина, — сказал он. — Нам нужно только договориться о том, чтобы переделать ее на американский лад.
— Замечательно! — ответил я. — Только вряд ли вы охотно останетесь здесь, в моей золотой клетке на Ямайке, чтобы проделать эту работу.
— Об этом не может быть и речи! У меня масса дел в Нью-Йорке. Вы сами должны приехать в Америку.
— Господин Левине, вот уже целый год как я хочу туда поехать, но мне не дают иммиграционной визы. [298]
— Не беспокойтесь. Об этом я уже позаботился. Если вы согласны, можете получить визу в течение двух недель и уже на следующий месяц приступить к работе у меня в Нью-Йорке или на моей ферме в Коннектикуте.
Конечно, я был согласен. Едва г-н и г-жа Левине скрылись в своем автомобиле в тропических зарослях за первым поворотом от Ньюкастла, как мы с Вилли от радости заплясали на веранде.
Обещанные визы действительно прибыли через две недели, и англичане согласились нас отпустить. Неожиданные затруднения возникли только в последний момент с канадцами. Они потребовали от меня 58 фунтов 15 шиллингов 6 пенсов за продовольствие, полученное Вилли и мною за это время. «Имперцы» заявили, что их бухгалтерия якобы не имеет указаний о выплате этой суммы.
Наших денег только-только хватало на проездные билеты. Если бы я уплатил канадцам, мне понадобилось бы затребовать ту небольшую сумму, которую я в прошлом году оставил у свого друга в Нью-Йорке. Я не видел причин для того, чтобы бросить эти деньги в глотку правительства его величества за гостеприимство, оказанное мне на Ямайке, и приехать в Нью-Йорк без гроша в кармане. Переговоры тянулись несколько дней, пока вопрос не был разрешен. Я думаю, что сэр Артур Ричардс на свою ответственность выдал эти 58 фунтов 15 шиллингов 6 пенсов из кассы колониальной администрации.
В день нашего отъезда секретарь администрации пригласил нас на прощальный обед в красивый и элегантный отель «Миртл-бэнк», где обычно встречалось избранное общество Ямайки. Ровно десять лет назад я сидел в этом же зале, когда приезжал сюда с Гаити. Тогда здесь собиралось пестрое общество, состоявшее из туристов. Теперь присутствовали почти только военные, в большинстве американцы. Уже по этому внешнему признаку было видно, что американцы оттеснили на острове англичан на второй план. За несколько десятков устаревших эсминцев британское правительство было вынуждено прошлой осенью предоставить американским вооруженным силам морские и военно-воздушные базы в своих карибских владениях. На Ямайке американцы тоже приступили к строительству крупных аэродромов. Они привезли с собой деньги и на первых порах предоставили заработок многим тысячам безработных туземцев. Но англичане, проживавшие на острове, относились к американцам, как к чуме. Секретарь колониальной администрации нисколько не скрывал своих чувств к этим пришельцам.
— Если бы проклятый Гитлер не сидел у нас на шее — сказал он, — мы не пустили бы сюда этих господ в иностранной форме.
Случайно мы опять попали на «Верагуа», и нас разместили в тех же каютах, откуда столь невежливо высадили тогда на рассвете. Но теперь белоснежный пароход вез нас на свободу, и мы были уверены, что не попадем снова за колючую проволоку. Правда, сейчас на борту было скучнее, чем тогда, и все же путешествие через тропические воды было чудесным.
