Шла медленно, как в кошмарном сне, когда убегаешь от монстра, а ноги будто по колено в вязком киселе. Она брела, спотыкаясь, опираясь на стены – настойчиво, точно зная, что не отступит, дойдет.
Девушка скрылась за поворотом, но и она вскоре добралась до него. Еще немного, еще чуть-чуть.
Она зашла за угол, и перед ней оказался другой коридор – широкий, просторный, но полупустой. Вдоль стены стояли стулья и невысокие столики. На одном из стульев кто-то сидел, скорчившись, свесив руки между колен. Лица этого мужчины было не разглядеть, и сам он был окутан туманной дымкой.
Зато она отлично видела ее – ту, за которой упорно шла! Девушка стояла спиной к ней, возле мужчины и женщины, стоящих у окна. Они не замечали ее, вполголоса беседуя между собой. В этом не было ничего необычного: живые не видят мертвых.
Она подошла ближе, прислушалась.
– …умерла. Врачи все сделали, но это было бесполезно.
Женщина ахнула.
– Я недавно видел, как ее вывезли из операционной и повезли в морг.
Он стоял, засунув руки в карманы и сжимая ладони в кулаки.
– Господи! – Женщина покачала головой. – Как же так!
– Я молюсь, чтобы Магда выкарабкалась, но как подумаю, что ее ждет, когда она придет в себя и все вспомнит…
– Девушку сбила пьяная баба!
– Но тот удар не был смертельным! Она бы выжила. Переломалась, но осталась жива. А Магда раскатала ее в лепешку.
При этих словах маленькая дрянь прижала руки к лицу и покачнулась, как будто ее толкнули. Всплеснула руками, завертелась на месте – и увидела.
– Убийца! – четко выговорила она, чувствуя, что это отнимает и без того тающие силы. – Я не хотела умирать.
– Нет! Но я же… Этого не… – Девушка, что носила имя ее матери, не находя слов, протянула к ней руки в умоляющем жесте. – Я не хотела! Если бы можно было все исправить!
Неожиданно, повинуясь какому-то импульсу, она тоже выбросила руку вперед и коснулась Магды. Вслед за этим что-то произошло – ни та, ни другая не поняли что. Их словно бросило друг другу навстречу и спаяло воедино. Магда попыталась отдернуть руку, отпрянуть, но ей не удалось.
«Неужели не поздно? Неужели – можно? Неужели, если очень не хочешь уходить, то получаешь шанс остаться?!»
Позже, много позже, она усомнилась – шанс или проклятие? Дар или наказание? Освобождение или клетка? Чем она обернулась, эта связь, что соединила невольную убийцу и жертву? Чем стала, во что вылилась возможность обмануть вечность?
