– Но это все-таки лучше, чем рвать на нас одежду. Вприкуску с плотью, – заметила я.
Пес внимательно выслушал наш диалог. Потом чихнул, улегся рядом, вытянув передние лапы и положив на них морду.
– Кажется, у него нет дурных намерений, – пробормотала я и осторожно достала из корзины бутерброд. Овчарка заинтересованно вскочила и, подойдя ко мне, лизнула в нос огромным языком. Честное слово, какая-то неправильная овчарка. Освободив кусок колбасы от хлеба, я протянула его псине. Колбаса была мгновенно проглочена – без разжевывания. Подумав, собака, аккуратно взяла из моей руки кусок хлеба и весьма интеллигентно съела. В это время и подскочила Денька. Ой, что тут началось! Цирк с конями! Собаки громко лаяли, прыгали и гонялись друг за другом, как сумасшедшие. Гонки были с препятствиями, в результате наши корзинки полетели в разные стороны, грибы высыпались. Мы с Наташкой только растерянно переглядывались.
В разгар собачьих игр появились новые зрители – молодая девушка, в которой я сразу же узнала Анну, а с ней молодой русоволосый парень лет тридцати. Его я раньше не видела. Сказать, что мы удивились, значит, ничего не сказать. Я почему-то вдруг судорожно прижала к груди бутерброды. Как будто от них зависела моя жизнь. Наташка с переменным успехом пыталась повязать Денькин поводок то на голову, то на шею. По-видимому, наше поведение было расценено как состояние крайнего испуга. Пришельцы в два голоса стали нас уговаривать успокоиться, уверяя, что они не бандиты.
К нашей чести, успокоились мы действительно быстро и даже стали кое-что соображать.
– Понимаете, – забормотала я, отлепившись от бутербродов, – мы были абсолютно уверены, что одни в лесу. Поблизости ведь ни одной деревни. До Торжка целых тридцать километров, так нам хозяйка сказала. Едва ли кто рискнул бы такое расстояние пешком пройти. Ведь еще и возвращаться нужно, причем, с грузом. – Я кивнула в сторону валявшихся пустых корзинок. – А тут незнакомая собака! Неизвестно откуда. Да еще и наша собака как с ума сошла.
– А мы к тому же немного заблудились, – посчитала нужным сказать свое слово Наталья. – Думали, что домой идем, а оказывается, в обратную сторону. Хорошо, во время сориентировались, а то вообще в какие-нибудь дебри влезли бы. Кстати, а вы что, из Торжка пешком пришли? – спросила она.
– Ну почему же обязательно пешком? На мотоцикле, – ответил молодой человек. Мы во все глаза уставились на него. Парень был, что называется, ладно скроен и крепко сшит. «Качок», – отметила я про себя. Вопреки укоренившемуся в моем сознании мнению, что накачанной фигуре должна соответствовать дебильная бритая голова с подходящей по смыслу мордой лица, голова у парня производила приятное впечатление. Она была аккуратно подстрижена и с очень симпатичным лицом. Такое лицо обычно называют располагающим. Парень был достойным кандидатом на любовь Анны, если она вообще способна на это чувство. Конечно, трудно судить о том, какова была личность покойника при жизни, но Олег бесспорно проиграл бы незнакомцу и будучи живым. Интереса ради, следует выяснить, есть ли у Силкиных фотография Олега. Все-таки очень обидно за него.
То, что пришельцы были любовниками, сомнения не вызывало. Как и то, что Анюта действительно была очень красива. Этакий светловолосый ангел с точеным лицом и огромными, в маму, необыкновенно голубыми глазами. К нашему удивлению, этот ангел был беременным. Молодой человек бережно обнимал ангела одной рукой, а другой жестикулировал, объясняя нам, какого направления следует держаться. Анюта, эта хищница с ангельской внешностью, время от времени с явным обожанием поглядывала на него. Нет, что бы там ни было, а истина дороже: они были красивой парой.
– Что же вы свою жену не жалеете? – Наталья укоризненно покачала головой. – В таком положении и на мотоцикле! Удивляюсь людской беспечности!
– Ой, муж всегда очень осторожно ездит, – вступилась порозовевшая Анюта.
По крайней мере, теперь нельзя утверждать, что она врет и не краснеет.
– Давно женаты? – спросила я.
– Почти три года, – не моргнув, соврала вдовушка Олега, а ее спутник ласково поправил ей упавшую на лоб прядь волос.
Я вздохнула. Красиво играют свои роли. А Наташка с долей сарказма в голосе изрекла:
– Понятно… Слишком маленький срок для развития мирного сосуществования двух различных систем…
Прервав выступление подруги, я дернула ее за поводок: она успела стянуть его с головы и повязать на шею. Следовало возвращаться домой. Все, что нужно, мы узнали, большего нам не скажут. Или скажут, но соврут. Предложенная молодой парой помощь была категорически отвергнута. Тут выяснилось, что собаки исчезли. Наташка пошла искать родную псину, но скоро вернулась ни с чем. И тогда парень громко свистнул. Буквально тут же послышался треск кустов и дробный топот. Первым к нам вылетел Ратмир, за ним, с высунутым языком, счастливая Денька.
