– В чём твоя проблема? – вспылила я. – Я ведь сказала тебе чистую правду. Ты… чёрт возьми, ты мне очень нужен, Тео.
Он усмехнулся и облизнул губы.
– Я много кому нужен, Птичка, и твоя слезливая история меня ничуть не впечатлила. А если твой босс ставит такие ультиматумы для заслуженного повышения, то он просто некомпетентный мудак, и тебе действительно стоит задуматься о смене места работы.
– Почему ты такой закрытый? Почему не даёшь интервью?
– Всё, что нужно обо мне знать, есть в сети. И вообще, я не обязан тебе что-либо объяснять, но какого-то хрена делаю это!
– Тео, пожалуйста…
– Хватит, Ханна! – рявкнул он так, что я вздрогнула. – Я могу щёлкнуть пальцами, и весь ваш глупый журнал превратится во всеми забытый архив. Поэтому не провоцируй меня, если не хочешь лишиться всего.
– Деньги не делают тебя всемогущим.
Он расхохотался.
– Ошибаешься. Деньги – это влияние. И благодаря этому влиянию, – он щёлкнул пальцами, – щёлк – и все ваши статьи, все ваши «остроумные» заголовки и труды станут никому не нужны.
Вот Маршалл и показал своё истинное лицо. Жаль, что оно оказалось таким уродливым.
– А знаешь, как ещё бывает? – зашипела я, и он дёрнул подбородком. – Щёлк – и тебя нет. Всего секунда – и ты немощный инвалид. Или умер. И всё, что ты имеешь, все твои деньги и власть, уходит в пустоту. Вся твоя империя может в миг развалиться, будто карточный домик, – процедила я, глядя прямо в его злые чёрные глаза. – Щёлк – и пфф, всё разлетелось по ветру. Ты можешь упасть со своей вершины, и в твоём случае падение будет роковым.
– Ты забыла одну маленькую деталь, Птичка.
Я приподняла брови, ожидая продолжения.
– Чтобы снести карточный домик, нужно быть уверенной, что он не из стали. – Маршалл наклонился ближе. – А я строю свои домики на прочном фундаменте. И всегда буду наверху цепочки. – Он щёлкнул меня по носу. – Твой язычок слишком длинный и дерзкий. Лучше научись держать его за зубами, иначе он не доведёт тебя до добра.
Очередной заносчивый ублюдок, вот кем он был. Деньги, власть – всё это поглощало людей, затмевало их разум.
Наверху цепочки обитают сверххищники, а значит, Маршалл не был человеком. Разговаривать с ним дальше я не видела смысла.
– Ты просто животное.
– Научись достойно принимать поражение, Ханна. Разговор окончен.
Он направился к выходу, а я обхватила себя за плечи, осознав, что окончательно проиграла.
– Тео? Тео, ты тут? – вдруг услышала я тонкий женский голос и посмотрела в сторону звука.
В зал вошла высокая светловолосая девушка в облегающем белом платье. Но нас она не видела, так как мы всё ещё стояли в темноте.
– Да мать твою… – выдохнул Тео и стиснул зубы.
– Кто это? – тихо спросила я, не понимая, что происходит.
– Не твоё дело.
– Тео, я знаю, что ты тут, видела, как ты заходил. – Девушка приближалась, а лицо Тео всё больше превращалось в жёсткую маску. – Что ты здесь делаешь? Пожалуйста, давай поговорим. Хватит избегать меня.
– Подыграй мне, Ханна, – шепнул Маршалл и резко дёрнул меня на себя, но я упёрлась руками в его грудь.
– Нет.
– Подыграй, и я дам тебе чёртово интервью, – прошипел он, и его рот обрушился на мой так стремительно, что на несколько секунд я потеряла концентрацию и дар речи.
Я возмущённо замычала и вновь начала вырываться, и девушка заметила нас.
– По-ды-грай, – прорычал Маршалл мне в губы, обхватив за подбородок, и я зачем-то поддалась и впустила его язык в свой рот.
Боковым зрением я заметила, как девушка замерла на месте, просто разглядывая нас, будто не верила тому, что видит. А потом молча развернулась и быстро покинула зал.
Тео одной рукой прижал меня к себе, а другой обхватил сзади за шею, чуть отвёл мою голову назад и углубил поцелуй. Он был таким горячим и сильным, что я плавилась от его напора и лишь покорно открывала рот, позволяя его языку снова и снова сплетаться с моим. Я просто не могла сопротивляться ему, и эта необузданная страсть пугала.
– Хватит, Тео, – прошептала я сквозь пылкий поцелуй, положив обе ладони ему на грудь. – Она уже ушла.
Но он не отпустил меня, вжал в стену и лишь усилил напор.
– Наглая дерзкая лгунья, – прохрипел он, покрывая поцелуями мою шею и зону декольте. – Ты так сильно меня заводишь.
Стянув бретельки с моих плеч, он сжал мою оголившуюся грудь и начал ласкать языком затвердевшие соски. Тело пронзило удовольствие, и я застонала, запуская пальцы в густые чёрные волосы.
Но когда одна его рука сжала мою ягодицу, а другая начала задирать подол платья, нашла в себе силы и резко оттолкнула Маршалла.
– Я сказала, хватит! – крикнула я, и меня затрясло от гнева, страха и унижения.
Я быстро поправила бретельки, а Тео смотрел на меня каким-то диким, безумным взглядом. Так часто дышал, будто задыхался.
Мои губы полыхали, а сердце в груди колотилось настолько сильно, что, наверное, его бешеный стук слышал весь отель.
– Ты… ты использовал меня. – Я еле сдержалась, чтобы не залепить ему пощёчину.
– Да. – Маршалл усмехнулся. – А за это ты используешь меня, создавая себе жалкую видимость успеха. Радуйся, маленькая глупая Птичка.
Я сжала челюсти.
– Кто была эта девушка?
