По щелчку полностью

Я быстро прошла к своему столу, игнорируя всех на своём пути, и, сев в кресло, стеклянным взглядом уставилась в экран «Мака». Мне нужно было зайти к Эрику и передать, что мы закончили. А ещё сообщить ему, что обложки с Маршаллом не будет.

Ладно, успокоюсь десять минут и схожу.

Но я не могла успокоиться. Чужие взгляды – любопытные, а порой и завистливые – вызывали во мне смущение и неловкость, не давая сосредоточиться ни на работе, ни на собственных мыслях.

Не выдержав этого давления, я встала и направилась в уборную, чтобы освежиться. Но почти у самого туалета кто-то схватил меня за руку и грубо затащил в тесное подсобное помещение. Щёлкнул замок, и в следующую секунду я оказалась прижата к стене.

– Какого чёрта? – хотела крикнуть я, но на мой рот легла широкая мужская ладонь.

Над головой загорелась тусклая жёлтая лампочка, и я тут же попала в плен демонических чёрных глаз.

Это был Тео. Я сразу это поняла.

Злой Тео.

Возмутившись, я попыталась укусить его ладонь, но не получилось, лишь клацнула зубами. Тогда я сжала кулаки и со всей силы ударила Маршалла в грудь, но он перехватил мои запястья и закинул их над головой. Крепко зафиксировав их левой рукой, правой он обхватил мой подбородок и сжал пальцами щёки.

– Что ты… – зашептала я, но он снова не дал договорить и заткнул мне рот своим ртом.

Его язык одним движением раздвинул мои зубы и ворвался в глотку, сплетаясь с моим языком. Он целовал меня, не позволяя вдохнуть и отстраниться, до тех пор, пока мы оба не начали задыхаться от нехватки кислорода.

– Ты, кажется, заигралась, Птичка, – прохрипел Тео, тяжело дыша, прижимая меня к стене своим крепким, обжигающе-горячим телом. – Бросила меня одного с этим недоразвитым.

– О, поверь, Алекс вполне себе развит, – усмехнулась я и тут же пожалела о своих словах.

Чёрные глаза полыхнули яростью. Маршалл зарычал и резко вскинул мою голову вверх, заставляя посмотреть на него.

– Ты спала с ним?

– А это уже не твоё грёбаное дело, – процедила я, задыхаясь от гнева и… желания. Обычного, примитивного желания отдаться этому сильному мужчине прямо здесь и сейчас.

Просто потому, что моё глупое тело требовало освобождения от напряжения, которое уже долго копилось внутри. И которого в последние дни стало слишком много – больше, чем я могла вынести.

Но у меня ещё была голова на плечах. Точнее, сейчас она была в руках этого дикого медведя, но неважно – мозги-то оставались со мной.

– Убирайся, Маршалл! – рявкнула я. – Ты и так уже опозорил меня на всю редакцию.

– Опозорил? – Он усмехнулся и потёрся своим твёрдым членом прямо о мой клитор сквозь брюки, и я еле сдержала восторженный вздох. – Я тебя вознёс. И вознесу сегодня ещё не раз.

Он облизнул свои губы и снова грубо поцеловал меня.

– Сделка отменяется, – прошипела я в его рот и почувствовала, как его рука сильнее сжала мои запястья. – Никакого секса не будет.

Маршалл тихо рассмеялся, продолжая настойчиво скользить своим достоинством между моих бёдер. Я прикрыла глаза, моё дыхание сбилось.

Чёрт возьми, это было слишком приятно…

– Интервью закончилось, Ханна. – Тео начал нежно покусывать мочку моего уха, не прекращая ритмичные движения бёдрами. – Я могу уже трахнуть тебя прямо в этой подсобке, если захочу.

– Если я захочу, – прорычала я. – А я больше не хочу тебя, наглый самодовольный ублюдок.

– О, ты уверена в этом? – Он расстегнул пуговицу и молнию на моих брюках и, просунув свои длинные пальцы мне в трусики, коснулся меня между ног. – Почему же ты тогда такая мокрая?

– Прекрати, – захныкала я, извиваясь в его руках. – Это ничего не значит.

Тео усмехнулся и начал медленно поглаживать мой пульсирующий центр подушечкой среднего пальца.

– Я хочу ещё раз услышать твои жалобные стоны, – ласково прошептал он и ввёл в меня два пальца, а большим надавил на клитор, усиливая эту мучительно-сладкую пытку. – Хочу, чтобы ты кончила в моих руках и пока кончаешь, шептала моё имя, а лучше орала его на весь офис, срывая горло.

– Нет… нельзя… Так нельзя… Я на работе… Я не… Я…

Мозги отключились, и я уже не соображала, что несу. Его умелые взаимодействия с моей промежностью были слишком приятными, а у меня так давно не было оргазма. Так давно не было настоящего мужчины.

– Ты сама во всём виновата, маленькая глупая Птичка, – шептал Тео в мой рот, глотая тихие стоны, жадно облизывая и посасывая мои губы и язык, одновременно с этим лаская меня интенсивнее. – Завела меня на фотосессии и ушла. Запомни раз и навсегда: я не мальчик на побегушках. Не. Надо. Дразнить. Меня.

Я была такой мокрой, что слышала чавкающие звуки каждый раз, как его пальцы выходили, а после глубоко проникали в моё лоно, снова и снова, будто пытались вдолбить в меня эти четыре слова: Не. Надо. Дразнить. Меня.

– Слышишь эти звуки, Ханна? – Голос Маршалла дрожал от возбуждения, как и всё его тело. – Это так ты не хочешь меня.

Не в силах больше сдерживаться, я громко застонала и сама поцеловала его, лишь бы он замолчал.