– Немного осталось, – на выдохе произнёс я, направляясь в нужную комнату. Рукой проводя по стене, постарался нащупать выступающий камень.
– Что ты её щупаешь? – нахмурился друг, который до этого плёлся позади, а теперь возник рядом со мной. – Это же не Лета.
Я повернул голову к Фабиану, смерив угрожающим взглядом. В ответ тот поднял руки, принимая поражение.
– Будь любезен, заткнись, – рыкнул я и дёрнул камень, который являлся ручником, вниз.
Стены задрожали, словно пробудившись от векового сна, и внезапно вся комната ожила. Узор на мраморном полу, давно покрывшийся пылью, внезапно замерцал; плиты начали плавно скользить по полу. Перед нами открылся проход – тайные ступени, уводящие в бездонную тьму – за пределы мира живых, в Обитель самого бога Смерти.
– Смотрю, раньше ты прямо-таки развлекался, – скептично прокомментировал друг, пихнув меня плечом. – Ладненько, – он потёр ладони и направился вперёд, к ступеням.
Я двинулся следом, отпустив камень: оставалось немного времени перед тем, как проход закроется. В пару шагов нагнал друга, который уже начал ворчать о том, что ничего не видно. Усмехнувшись, я подтолкнул его вперёд.
– Не стой столбом, там не так уж темно, – пожал я плечами, когда негодующий Фабиан повернулся ко мне, и взгляд его был полон укора. Я усмехнулся: – Иди-иди, не задерживай нас. У тебя же есть свет знаний – призови, и будет тебе светлее.
– Да ну тебя! – фыркнул он, осторожно шагая по старинным хлипким ступеням, представляющими из себя выдолбленные в стене выступы, уходящие по спирали вниз. С каждым шагом для меня всё вокруг становилось более бесцветным и серым, а для остальных темнота обретала густоту и непроглядность.
За порогом Обители посетителей встречал огромный зал, освещённый мерцающим светом свечей. Воздух пропитался запахом увядших цветов и сладким ароматом благовоний. Статуи нахмурившихся богов стояли по обе стороны; их каменные лица смотрели на пришедших с непоколебимой решимостью. Мрак приветствовал меня – своего властителя.
– Ты давно уборку тут делал? – вздохнул Фабиан, перевоплотившийся в свой божественный образ с мерцающим в тусклом свете доспехом.
– В своей для начала уберись, – закатил глаза я, призывая косу, благодаря которой и сам принял истинный облик. Теперь дыхание заточённых здесь в наказание душ звучало более чем отчётливо; я услышал тех, кто ещё не принял свою смерть, и тех, кто ожидал нового рождения. Тьма поклоном расступилась перед моими ногами, приветствуя хозяина.
Впереди, на возвышении, располагался мой трон, вырезанный из обсидиана, символа единения с ядром планеты. За ним была комната – мой кабинет, – где я столетия проводил за работой, пока не начинались войны и бедствия. Мои помощники, Тени, отлично справлялись с душами… благодаря им я и решился помочь Фабиану. Хотел, чтобы смертные научились жить мирно и разумно, и для этого мы искали решения их проблем.
Предыдущее воплощение Беллюма смеялось надо мной из-за сопереживания смертным, ведь ему было невыгодно их благоразумие.
Я махнул другу рукой, приглашая следовать за мной в кабинет. Обсидиановые стены с вырезанными в них полками огибали комнату полукругом, посередине стоял стол, заваленный старыми свитками и книгами, которые уже покрылись пылью. Они остались как память о былом – сейчас всё хранилось в электронном виде, в соответствии с человеческими стандартами. Здесь меня приветствовал замерший у стола Могильщик – один из тех, кто провожает души в Загробный мир. Возможно, с него люди и списали Харона – лодочника, встречающего умерших на реке Стикс. Он жнец. Его тело – старый скелет, покрытый порванным серым плащом.
– Господин, – поклонился он, – я могу Вам помочь?
– Списки обновились? – могильщик кивнул. – Ты вычеркнул имя?
Он неопределённо кивнул, погружаясь в шорох древних листов папируса; костяные пальцы осторожно обвились вокруг нежных уголков древнего свитка. Фабиан направился к дыре в стене, когда-то вырубленной с особой тщательностью, которая вмиг озарилась сиянием золотых рун, вырезанных по контуру арки.
– Господин, – проскрипел жнец, – Вы же…
– Я разберусь с последствиями, – прервал его речь я, давая понять, что он может быть свободен, – если что-то изменится, свяжись со мной.
Он утвердительно махнул головой, изобразив поклон, и осторожно покинул кабинет, оставляя после себя лишь слабый шёпот, витающий в воздухе.
– Это то, о чём я подумал? – вскинул брови Фабиан.
– Не понимаю, о чём ты, – перевёл на него взгляд я. – Открывай проход – я следом за тобой.
Друг ещё некоторое время сверлил меня взглядом, но всё же подчинился. В арке появился золотистый поток пыли, который, наплевав на все законы, стремительно нёсся вверх. Сияющие частицы с невероятной скоростью мчались по воздуху.
– Жду тебя наверху, – махнул он, и исчезая в потоке.
Переходный мост имелся в Обители каждого бога. Мой – наиболее пригодный для использования, ведь Фабиан абсолютно не следил за своей библиотекой.
Спрятав косу, я шагнул вперёд, позволяя золотой пыли унести меня.