От прикосновения окровавленного пальца по коже запястья стало щекотно. Аксельванты под воздействием магической энергии вспыхнули ярким белым светом, немного защипало, но неприятное ощущение быстро прошло. «А может, у них шершавые пальцы не от символов, а оттого, что они постоянно колют их иголками. Хотя я, наверно, тоже скоро вся покроюсь невидимыми значками, если дальше так дело пойдёт», — подумала Мария, касаясь груди, где уже красовалась защита от драконьих чар.
— Этот аксельвант временный, он пропадёт через несколько часов, — правильно истолковав её жест, успокоил Миргон. Артефакт поиска, привязанный к её запястью, светился всё ярче и ярче, предупреждая о приближении неприятеля. Мария с тревогой косилась на камень. Сердце в груди замирало, ноги подкашивались.
— Пора перемещаться, встретим их на выходе из леса? — предложила Виктория. — Нападём, так сказать, неожиданно.
— А не получится так, что мы промахнёмся, и волки уже пройдут? — спросил Миргон.
— Будет ещё лучше, нападём сзади! — возразила Виктория.
— Стоит попробовать, — поддержал инициативу Ленд. — Можно было бы подождать их здесь. Благодаря защите, они нас не учуют, но могут увидеть.
Мир опять растворилась в абсолютной пустоте. Как же Мария ненавидела этот процесс. Она лучше бы прошла всё расстояние пешком. Сегодня это был уже перебор. Сколько они раз перемещались?
Мир мигнул и приобрёл чёткие очертания. Впереди стеной высилась громада леса. Его окраина заросла густым кустарником, орешником, бурьяном и молодыми, но уже выше человеческого роста, деревцами. В их тени ничего невозможно было разглядеть. Стояла тишина, не слышалось ни волчьего воя, ни лёгкой поступи сильных лап, и только яркий свет, исходивший от артефакта, говорил о том, что оборотни рядом.
Когда большой чёрный волк практически бесшумно выскочил из зарослей и бросился прямо на неё, девушка растерялась. Просто застыла на месте, совершенно забыв, как пользоваться огненным даром. Время замерло. Не осталось ничего, кроме чёрной тени, оскаленной пасти и жёлтых, горящих от ненависти глаз. Серебряные нити появились сами собой, окрасив мир яркими переливами. Прочная сеть отгородила Марию от нападавшего на неё зверя. Буквально через мгновенье оборотень прыгнул и со всего маха врезался в невидимую преграду. Его отбросило назад. Зверь заскулил, кувыркаясь в воздухе, и с глухим стуком упал на твёрдую, не поеную дождями землю. Из разбитой пасти хлынула кровь, окрашивая зубы и шерсть. Волк зарычал, ощетинился и медленно стал подниматься на ноги. От удара Мария тоже отлетела в сторону, больно приземлившись на правый бок. Кожу на руках обожгло, неприятная тупая боль расползлась по ушибленному бедру. Падение привело её в чувство. Дар забурлил в крови, требуя, чтобы его выпустили на свободу. Девушка поднялась на ноги, отряхивая грязь с ободранных и горящих ладоней. Серебряные нити потянулись к оборотню. Зверь приходил в себя и готовился к очередному броску. Мария не позволила ему напасть. Она подняла в воздух извивающее и скулящее тело волка и ударила по нему огненным вихрем. Медальон с камнем солнца нагрелся, пульсировал в такт биению её сердца. Оборотень вспыхнул, словно промасленная ветошь. Тело его обуглилось и сморщилось, он даже не успел издать ни звука, таким мощным и смертоносным оказался огонь, доставшийся ей от красного дракона. Руки девушки задрожали от напряжения, и она выпустила мёртвого зверя. Его раскалённое и продолжающее тлеть тело, упало на землю. Сухая трава под ним задымилась и начала гореть.
Мария огляделась по сторонам. Боли от падения она больше не чувствовала. Азарт захватил её. Пламя требовало нового выплеска наружу. Силы ещё оставались. Происходившее вокруг сражение яркими кадрами отпечаталось на сетчатке глаза.
Вот серый волк, не очень крупный и юркий бежал по направлению к Виктории. Подруга оказалась сосредоточенной и собранной. На губах чуть заметная напряжённая улыбка, синие глаза холодные и колючие. По коже несмотря на жару, бежали морозные разводы. Она не растерялась, не впала в истерику. Ледяное пламя поймало зверя в нескольких шагах от неё. В одно мгновение тело оборотня заледенело, превратилось в замороженную статую из плоти и крови, приросло к земле. Жёлтые глаза застыли, слились с пылающей в них ненавистью и жаждой крови. Раскрытая пасть, вывалившийся язык, серая шерсть, стоящая дыбом, сильные лапы, поджатый хвост, всё это теперь покрылось инеем. От ледяной скульптуры волка валил пар, долго при такой жаркой погоде она не простоит.
