– Вряд ли. – Он негромко выругался. – Проклятие! Я так чертовски близок к разгадке, что буквально носом ее чую! – Посмотрев на часы, он глубоко вздохнул. – Лучше пойдем-ка к бирже. Может, Виннифред или Мефисто повезло больше, чем нам.
Но, еще не договорив, он уже знал, что искания его компаньонов окажутся столь же бесплодными. В глубине души детектив был абсолютно уверен, что выяснил все, что необходимо знать, и если бы только удалось отыскать способ перетряхнуть и сложить воедино накопленные обрывки сведений и информации, картина сразу же обрела бы смысл и значение.
Он все еще мысленно перекладывал фрагменты мозаики так и эдак без особого успеха, когда дорога вывела его на Уолл-стрит.
Когда Мэллори с Фелиной подошли к бирже, дождь уже прекратился, сменившись промораживающим насквозь ветром. Там их никто не ждал.
Детектив оглядел Уолл-стрит из конца в конец; ветер нес над землей несколько обрывков бумаги, да старый пес ковылял, прихрамывая, посреди тротуара в квартале от них, но нигде ни следа Виннифред или Мефисто.
– Что ж, мы пришли на пару минут раньше срока, – заметил Мэллори, бросав взгляд на часы. – Располагайся поудобнее. Похоже, нам придется чуточку обождать.
Вдруг послышался жуткий, прямо потусторонний вой.
– Что это?! – вскинулся Мэллори.
Напружинившаяся Фелина огляделась и убежденно заявила:
– Кто-то умирает.
– Наверное, просто ветер, – покачал головой детектив.
– Кто-то старый и хилый, – промурлыкала она, раздувая ноздри, чтобы уловить запахи, доносимые ветром.
– Старый и хилый не может так громко выть. Тут снова раздался вой, говоривший о безмерной печали и закончившийся низким, горестным стоном.
– Кто-то старый, больной, хилый и вкусный, – проворковала девушка-кошка.
– Сойдемся на том, что просто хилый, – благоговейным тоном произнес Мэллори.
Мимо пролетел по ветру лист бумаги, и детектив выхватил его из воздуха, чтобы рассмотреть. Это оказалась газета за 29 октября 1929 года.
«ЧЕРНЫЙ ВТОРНИК! – провозглашал заголовок. – БИРЖЕВОЙ КРАХ!» Охваченный любопытством Мэллори принялся читать передовицу, но быстро утратил интерес и мельком проглядел статью, объяснявшую, каким образом говорящие картины повлекут Голливуд к финансовой катастрофе. Наконец перевернул страницу и углубился в заметку о многообещающей двухлетке по кличке Галантная Лиса.
Закончив чтение, он швырнул газету на землю и снова поглядел вдоль улицы, буркнув:
– По-прежнему ни слуху ни духу. Снова послышалось горестное стенание.
– Любопытно, кто бы это мог быть? – с беспокойством проронил детектив и только тут обнаружил, что остался в одиночестве.
– Фелина! – рявкнул он, но отклика не услышал. Сбегав на угол, заглянул на поперечную улицу, снова позвал Фелину, но она не показывалась. Вернувшись к фасаду биржи, он услышал хлопанье веревок на ветру о металл и принялся осматривать флагштоки, выстроившиеся вдоль тротуара, – в надежде, что Фелина сидит на верхушке одного из них. Но надежда не сбылась.
– Похоже, наш благородный маленький отряд стал еще благороднее и меньше, – проворчал Мэллори, сунув руки в карманы и выхаживая взад-вперед перед биржей. Через некоторое время, решив закурить, повернулся спиной к улице, чтобы заслонить огонек зажигалки от ветра. А повернувшись обратно, оказался лицом к лицу с Великим Мефисто, плотно запахнувшимся в свой плащ.
– Извините за опоздание, – сказал маг. – А где Виннифред и маленькая лошадь?
– Еще не показывались.
– А девушка-кошка?
– Была здесь минуту назад, – нахмурился Мэллори. Мефисто отступил в арку двери биржи, пожаловавшись:
– Вот чертова накидка! Отлично спасает от дождя и снега, но с ветром ни черта не может поделать. – Он состроил недовольную гримасу. – Пожалуй, к лучшему, что на фабричном клейме нет моего имени.
– Что вам удалось выяснить? – осведомился Мэллори.
– Я по-прежнему не знаю, где Лютик, но зато знаю, что у Гранди его нет.
– А где сейчас Гранди?
– Не имею ни малейшего представления, – развел руками Мефисто.
– Минуточку, – наморщил лоб Мэллори. – Вы же говорили, что только что с ним виделись.
– Ничего подобного я не говорил. Я сказал, что Лютика у него нет.
– Откуда вы это знаете, если не знаете, где он сам?
– Есть множество способов спустить с кошки шкуру, да простит меня наша усатая подруга, – усмехнулся Мефисто. – Гранди слишком хорошо защищен, чтобы хоть кто-нибудь, пусть даже величайший маг и волшебник в мире, – он поклонился, – мог запросто заглянуть к нему в гости ради выяснения, что там творится. – Маг помолчал. – Я всерьез подумывал о том, не пустить ли в ход свой хрустальный шар, но он больше похож на видеотелефон: если бы я посмотрел на него, он смог бы увидеть меня. Эта мысль не очень мне понравилась; правду говоря, она меня определенно отпугнула.
– Так что же вы сделали?
