– Да тут особо и рассказывать-то нечего. – Капитан Капитан повернулся к Мэллори. – Мы распоряжаемся всей канителью в армии.
– А разве канитель может нанести ущерб врагу?
– Вы будете изумлены, узнав, чего можно добиться, пустив в ход чуточку канители, – улыбнулся капитан Капитан. – Взять, к примеру, хотя бы дело Гробинского.
– Кто такой Гробинский?
– Мы не знаем, – признался капитан Капитан, – Но знаем, что он не из наших. Это вражеский лазутчик, каким-то образом поднявшийся до ранга подполковника.
– И что вы с ним сделали?
– Начали с перевода его в Манхэттен, просто для того, чтобы посмотреть, куда он хочет получить назначение. Но сукин сын оказался чрезвычайно ушлым: попросил лишь о переводе на фронт. – Капитан Капитан закурил тонкую сигарку. – Далее мы попросили его заполнить пятьдесят семь идентичных анкет, которые он затем должен был доставить в пятьдесят семь различных государственных учреждений по всему городу. Когда же он наконец закончил хождения по инстанциям, мы с оглядкой одобрили его перевод при условии, что он пройдет медосмотр.
– Позвольте угадать, – подхватил Мэллори. – Он прошел пятьдесят семь медосмотров.
– Правильно, – подтвердил капитан Капитан. – И мы обнаружили, что за период от первого до последнего вес его изменился на целых два фунта. – Он усмехнулся. – Естественно, мы обвинили Гробинского в шпионаже в пользу врага – вообще-то говоря, шестерых из него. Перевод остальных пятидесяти одних Гробинских был санкционирован.
– И что же дальше? – полюбопытствовал детектив.
– Он прошел еще шесть медкомиссий, а поскольку вес его на всех шести оставался одним и тем же, обвинение сняли. Но всем шестерым было отказано в переводе.
– А как же остальные пятьдесят один?
– Все они до единого были переведены из Манхэттена в Манхэттен.
– Ну, разве не дьявольский план? – ухмыльнулся майор Макмастерс. – Несчастный ублюдок уже почти полгода как изолирован с острой формой шизофрении!
Снова послышалась стрельба.
– Приближаются, – отметил капитан Капитан.
– Хорошо! – одобрил майор Макмастерс. – А то бездействие начинает действовать мне на нервы.
– Неужели вы действительно рветесь в бой? – спросил Мэллори.
– Бесспорно! – воскликнул майор Макмастерс. – Когда все слова сказаны, а дела переделаны, единственный смысл нашей жизни заключается в сражении.
– Быть может, я сумею вам помочь.
– О? Чем?
– Ну, поскольку очевидно, что на фронт вас не пошлют, как вы отнесетесь к тому, что фронт придет сюда?
– Вы имеете в виду – в «Пиноккио»? – недоумевал капитан Капитан.
– Правильно. По-моему, чрезвычайно велик шанс, что этот любитель пострелять – один из самых отъявленных вражеских шпионов.
– Правда?! – Крохотные глазки майора Макмастерса загорелись восторгом. Мэллори кивнул:
– У меня есть основания полагать, что он здесь с рекогносцировочной миссией. – Он помолчал. – Пожалуй, я мог бы заманить его сюда.
– Грандиозно! – воскликнул майор Макмастерс. Но вдруг поглядел на Мэллори с прищуром. – А с какой стати он последует сюда за вами?
– Потому что покушается на мою жизнь.
– Но ведь вы же штатский, – встрял капитан Капитан. – Что он имеет против вас?
– Я веду маленькую личную войну с Гранди, – объяснил Мэллори.
– Дайте-ка сообразить, – задумался майор Макмастерс. – Если вы против Гранди, а этот человек пытается вас убить…
– Значит, он на стороне Гранди! – торжествующе заключил капитан Капитан. – Конечно же, мы поможем вам, Мэллори! Может, мы и не знаем, кто наш враг, но мы знаем, что он в сговоре с Гранди!
Сделав глубокий вздох, Мэллори вышел на улицу. Мефисто не показывался; не желая слишком удаляться от дверей «Пиноккио», детектив не решился расхаживать взад-вперед по улице, чтобы привлечь внимание мага, а просто прислонился спиной к ближайшему столбу.
Минут пять прошло без каких-либо событий, так что Мэллори сунул в рот сигарету и извлек зажигалку. Тут прогрохотал выстрел, и от сигареты осталась лишь половина.
– Теперь-то ты мне и попался! – крикнул Мефисто, выходя из-за угла. – Руки вверх, Мэллори!
Мэллори поднял руки, попятившись от мага.
– Попытка была недурна, – продолжал Мефисто, – но тебе надо было встать нынче утром очень рано, чтобы накрыть меня мокрым ковром!
– Более дурацкой метафоры я еще не слыхивал. – Мэллори по-прежнему пятился к двери «Пиноккио».
– Если ты так чертовски умен, то как же пистолет оказался у меня? – засмеялся Мефисто.
– Дуракам всегда везет.
– Мир разделен на победителей и проигравших, – назидательно изрек Мефисто. – И победители сами завоевывают свое везение.
– Ну, как скажешь. – С этими словами Мэллори нырнул сквозь открытые двери в кабачок.
– Второй раз ты от меня не уйдешь! – вскричал Мефисто, срываясь с места.
Метнувшись за стол, Мэллори увидел, как маг ворвался в дверь, но тут же был перехвачен и обезоружен майором Макмастерсом и его друзьями-офицерами.
– В чем дело?! – заревел Мефисто. – Отпустите меня!
– По-моему, определенно русский, – заметил майор Макмастерс, разглядывая мага, пока другие офицеры сдерживали его, не давая даже пальцем шевельнуть.
– Вот уж не знаю, – откликнулся другой. – Я думаю, в нем есть капелька арабской крови.
