Отправляться в путь зимой — большой риск. Но что делать, если дома ещё опаснее? Все некроманты объявлены вне закона, новый король выслал за ними отряды ловцов, и те уже идут по следу. Куда бежать? В лесную чащу? В другой мир? Куда угодно — главное, чтобы друзья были рядом. Вместе шансов выжить гораздо больше. Но кто действительно друг, а кто враг — в этом Миене ещё предстоит разобраться…
Если находятся люди, которые решаются задавать Миене личные вопросы, то в первую очередь их интересует, что она чувствует, обращаясь к своему Источнику. Может быть, запах затхлости? Или первобытный ужас, с которым каждый раз нужно бороться?
Миена всегда пожимает плечами. Она не любит праздного любопытства. Но для самой себя она уже давно определила это ощущение.
Когда приоткрываешь дверь в мир мёртвых, чтобы отдать ему какую-то жизнь и забрать в ответ силу, ты словно выходишь из дома в очень тихую морозную полночь, одну из первых, когда зима ещё в новинку, садишься на корточки — и окунаешь пальцы в снег.
***
Если история путешествия начинается зимой, у неё не так уж много шансов закончиться хорошо. Это знает каждый ребёнок, родившийся в Приречье — крае, славном дремучими лесами. Такие сказки взрослые рассказывают специально, чтобы ребятишки даже к опушке близко не подходили после того, как ударят первые морозы. Леший утащит, голодный волк задерёт, или просто заблудишься и замёрзнешь насмерть — вариантов множество, и редко когда попадётся концовка, где героя спасает какой-нибудь маг, случайно проходивший мимо. Но это непедагогично, да и неправдоподобно: где вы видели добрых магов, бродящих по заснеженным лесам? Некроманты да, ходят, потому что как правило живут возле леса, подальше от людей, и в нём же иногда ищут себе пропитание, чтобы лишний раз не появляться в селениях. Но от некромантов никто не ждёт добрых дел. Если такой вылезает в сказке, то всё, пиши пропало: герой точно не выживет, можно начинать реветь. Ведь некромант мало того, что злобный, так ещё и самый сильный, его ничем не победишь, даже другим волшебством.
Миена именно поэтому и пошла в некроманты. Она хотела быть самой сильной. Но, воспитанная на приреченских сказках — в том числе на самых пессимистичных — девушка никогда бы не отправилась в путь зимой. И дело не только в сказках, конечно. Холодно же, неудобно, и разве может какое-то дело быть настолько срочным, чтобы не подождать хотя бы до оттепели?
Дело-то, может, и может. Однако обстоятельства порой складываются, не считаясь с нашим удобством.
Начиналось, впрочем, всё не зимой, а в последний осенний месяц — Ворону. Хотя снег уже припорошил пашни и подмерзающую реку, а деревья спешно скидывали припозднившиеся ржавые листья, и те долго кружили в хороводах ожесточившихся ветров, прежде чем смешаться с новорождённым снежным покровом. Природа готовилась принимать в гости самое суровое время года.
Готовилась и Миена. Зима для некромантов — самый удобный, с точки зрения колдовства, период. Обращения к Источнику проходят проще, на заклинания тратится меньше сил, а обряды связи с Маромиром порой превышают самые смелые ожидания: на встречи являются такие могущественные сущности, что можно хоть целый городской квартал уничтожить вместе со всеми его жителями, было бы желание.
Однако желания у Миены, на тот момент, были куда мельче и проще, и всё больше касались хозяйства, или лёгких изменений погоды в те дни, когда надо было выбраться в город. Будут, конечно, и заказы, Миена знала — люди в Горкино и окрестных деревнях прекрасно понимают, когда лучше всего обращаться к некроманту. Некоторые испугаются, конечно, но другие доберутся до её дома. Сначала один раз, а потом и, возможно, второй, когда она отошлёт их обратно, за жертвой — если сил понадобится больше, чем останется после ночного обряда. Собственных куриц на чужие дела тратить — это, пожалуйста, за отдельную плату. А сельские жители, в большинстве своём, люди прижимистые, им проще лишний раз до дома сбегать, пусть и по морозу.
Впрочем, по морозу пока никто и не ходил — грядущая зима должна была стать первой, которую Миена встречала в этом доме.
Новоиспечённая некромантка пришла сюда минувшей весной. Сразу после окончания Порога — школы, где она провела восемь лет — Миена стала думать о том, чтобы обзавестись собственным жильём. Возвращаться в родную деревню, к матери с братом, нечего было и думать: во-первых, те осудили её желание учиться некромантии, а во-вторых, девушка была уверена, что они считают её виновной в том, что случилось с отцом и маленькой Малкой. Существовать в одном с ними помещении было бы попросту невозможно, к тому же род её занятий мог подпортить их отношения с соседями. Некроманты обычно селились где-нибудь на отшибе: природа их Источника пробуждала во многих людях ужас и озлобление. Известны были случаи, когда коллег Миены обездвиживала алчущая крови толпа, лишая возможности защититься магией, и забивала камнями. Конечно, это случалось только в дремучих деревнях и не выходило за рамки слухов: власти могли перевешать за убийство если не всех, то хотя бы зачинщиков бойни. Официально маг просто уходил из дома и не возвращался. Но знающие люди со злорадством усмехались: мол, раз он так любил Маромир, то пусть идёт туда и целуется со своими мертвецами…
