Зачем он перевёз маму в этот странный двухэтажный дом? Почему она доживает свои дни в этом странном месте?.. Войдя внутрь, ещё больше убеждаюсь в собственных догадках, что помещение заброшено. Обшарпанные стены, жёлтые подтеки на потолке и сломанная лестница с продавленными ступеньками по центру холла. Полумрак придаёт ещё больше таинственности и неприятных ощущений. Хочется сбежать отсюда и никогда не возвращаться. Как представлю, какой шок испытала Валентина Лучано, прежде живущая в роскоши, когда он её сюда перевёз…
– А где мама? – спрашиваю, когда отец заводит нас в ещё более странную комнату, напоминающую кабинет. Почему он привёл меня сюда, а не к ней? Оглядываюсь по сторонам, как затравленный зверёк.
– Дома, – как ни в чём не бывало проходит и садится в кресло за столом. Несмотря на заброшенность, здесь чисто и нет ни единой пылинки. Странно, это что, база их Клана? – Не буду лукавить, твоя мать в полном порядке, Ариела.
Я застываю на месте, как вкопанная, смотря на хладнокровное лицо обманувшего меня мужчины, который сидит, сложив руки, сцепленные в замок на столе.
– Зачем тогда… я здесь?.. – подсознательно я знаю ответ.
Но боюсь даже сама себе его озвучить мысленно.
– В Лос-Анджелес ты больше не вернёшься. Я долго размышлял над тем, что дал мне твой брак с Галанте? – задумчиво потирая подбородок, произносит, размышляя вслух. – Ровным счётом ничего, кроме унижения, что дочь семьи Лучано приняла сторону мужа, а не отца.
Кровь отхлынула от моего лица.
В голове повторяются один и те же слова:
Нет…
– У меня ведь даже никто не спрашивал… – шепчу, разглядывая высокомерное лицо отца сквозь пелену подступивших слёз. – Я безвольно принадлежу к Клану «Galante Family», вы сами выдали меня в Лос-Анджелес… Я хотела общаться с вами, – откровенно лгу, ведь я была с одной стороны рада, что мне нужно было продолжать поддерживать связь с отцом.
У простых людей со словом мафия только одна глупая ассоциация – игра. В моей же жизни мафия – это смерть, кровь и отсутствие права выбора. Если тебе посчастливилось родится в семье, где за тебя всё решает клан, выход из этого мира только один – смерть.
Я не выбирала появиться на свет в семье консильери Сиэтла. Мне никто не давал возможности выбора человека, с которым я хотела бы связать свою судьбу. Меня не спрашивали, хочу ли я детей…
Всю жизнь мне указывали, что делать, как себя вести и с кем разговаривать. За меня решили судьбу, насильно выдав замуж в другой город, в другой клан за мужчину, который вершит судьбы людей Лос-Анджелеса.
Сейчас они снова распоряжаются моей жизнью…
– Ты избавишься от ребёнка этого ублюдка! Я договорился с одним очень влиятельным и уважаемым человеком, он вдовец, только поэтому согласился взять такой потрёпанный товар, как ты, – отец поднимается, выплёвывая слова, опасно оперев руки на стол, смотря в упор убийственным взглядом.
Никогда в жизни я не сделаю этого! Он собрался уничтожить мою жизнь… Отнять мужа и ребёнка…
– Нет! – впервые я смею противоречить самому Аурелио Лучано, бывшему консильери, нынешнему Боссу мафии Сиэтла. – У меня есть семья, муж и ребёнок. Вы не сможете их отнять. Не имеете на это никакого права.
Отец вопросительно выгибает бровь, он явно не ожидал от меня подобной дерзости. Ведь всю свою жизнь я была безропотной овечкой, исполняющей чужие приказы.
– Даже так? – отходит от стола, сцепив руки в замок за своей спиной. – Ты изменилась, Ариела, – произносит нарочно мягким голосом. – Я думал, муж научит тебя хорошим манерам, а он, наоборот, распустил, – надвигается, давя своей тяжёлой энергетикой. Подавляет взглядом, от которого по всему телу проходит непроизвольная дрожь. Не щадя, он оставляет на моём лице оглушающую пощёчину. В ушах начинает звенеть, но я сижу, даже не шелохнувшись, только на секунду прикрываю глаза. – Я сказал, ты уберёшь этого ребёнка и выйдешь замуж! – мужской крик раздаётся на весь кабинет, отец чеканит, выделяя каждое слово.
– Я уже замужем! Вам придётся убить меня! – никогда-никогда я не позволю причинить тебе вред, малыш, мысленно кричу в истерике.
– Кажется, ты совсем забылась, сучка, – хватает меня за шею, перекрывая кислород. Отец обезумел, он точно не в себе. Автоматически хватаюсь своею рукой за его предплечье, стараясь отодвинуться, как можно дальше. Но это не помогает, стальные тиски плотно сдавливают хрупкую шею. Я начинаю отчаянно хватать ртом воздух, но его свободная ладонь накрывает и мой рот. – У тебя никто не спрашивает, хочешь ты или нет, это приказ. Забудь про своего бывшего мужа и ублюдка в утробе! Этот брак и ты не принесли Сиэтлу никакой пользы. Никчёмная девчонка, даже ноги не смогла перед ним раздвинуть, как следует. Уведите её! – кричит, поднимая голову на дверь и отпуская меня. Я начинаю кашлять, пытаясь отдышаться.
На приказ сразу же входят несколько крепких бойцов, хватают меня двух сторон под локти и начинают тащить к выходу.