«Кто ищет, тот всегда найдет».
Ее голова без покрывала была запрокинута вверх, глаза закатились, рот открыт, губы синие, как будто она заявилась откуда-то с мороза. Она начала медленно опускать голову и уставилась прямо на него. Не передать словами, как все ужасно это выглядело. Затем все завертелось в каком-то безумном потоке…
Он снова в своей комнате, но не на диване, а рядом с ним. Его взгляд был устремлен на вход в комнату Данилы. Они с Геннадием стояли на пороге и смотрели на него с ужасом. Иван вернул голову в исходное положение, часть ковра на полу возле дивана была отброшена в сторону. Под ковром находился подвал, запертый на замок. Иван рьяно дергал за этот замок, пытаясь его сорвать.
«Зачем?»
Наверно просто хотел спрятаться…
Они втроем молча пили утренний чай. Иван был погружен в раздумья. Он до сих пор вспоминал выражения лиц Данилы и Геннадия. Они ему ничего не сказали, Данила просто подошел к этому ковру и застелил его обратно. Почему? Это мучило Ивана. Он перестрессовал после смерти матери, и эти его непонятные поступки казались логичным объяснением всему этому. Но что было «до», он уже не помнил. Что-то нечто ужасное, но что именно…
Они допили свой чай, молча погрузились в машину и поехали… Просто поехали. Да так, что вся дорога, довольно долгая дорога показалась каким-то мгновением. Вот Иван видит заброшенный магазин, где когда-то продавались стройматериалы, судя по табличке на нем, в поселке Раевщино, неподалеку от их деревни, а вот они уже добрались до МКАД. Чудеса какие-то! Они нигде не останавливались, а просто молча ехали. Вот он уже вышел возле подъезда уже хорошо знакомого ему дома и шагал в новую, без его матери, жизнь. За это небольшое время он даже успел немного отвыкнуть от мегаполиса после той оглушительной тишины в деревне, после того дома, после той ванной комнаты, после подвала… Куда его опять понесло!
В любом случае он оказался в своей постели и, понимая, что ему уже больше не придется вставать ночью (наверно), несмотря на все произошедшее за последние дни, крепко уснул.
Он снова проплывал, на это раз не мимо облаков, а ему представали красивейшие пейзажи. Вот он взирает красивую долину, по которой бежит табун лошадей. Далее все переносится в другую степь, посреди которой стоит одинокое дерево, а под ним какие-то люди жгли костер. Вдали виднелась полоска леса, соприкасающаяся с розовым небом. Все это сопровождалось потрясающими вечерними звуками – трещания сверчков, завывания собак где-то вдалеке и сам воздух был наполнен каким-то еле уловимым гулом. Перед Иваном раскинулись поля. Приглядевшись, он смог увидеть в них мужиков, орудующих косами. Все это вселяло в него ощущение уюта и какой-то приподнятости в душе. Он чувствовал себя птицей. Что-то случится, что-то особенное, волшебное. Иван ощущал аромат вечернего воздуха, который усиливал все эти чувства.
Вот он оказался среди макового поля, а чуть дальше силуэт какой-то рыбы, которая что-то удерживала на носу, словно дельфин. В небе откуда-то резко наплыли тучи, пошел ливень. Но это ни грамма не омрачило настроения Ивана. Он видел себя вышагивающим, нет, даже скорее отплясывающим на улице какого-то небольшого поселка. Радость переполняла его душу, и он спешил ею поделиться с немногочисленными окружающими его людьми. Те улыбались ему в ответ. Он не понимал, как у него получалось так танцевать, но от этого его душа еще больше пела.
Впереди показалось здание, которое почему-то зацепило его взгляд. Оно, по всей видимости, являлось местным домом культуры с треугольной крышей, на вершине которой располагалась некая женщина, держащая в руке венок. Ниже ее были изображены веселящиеся люди. Он, промокший до нитки, вошел внутрь, там его встретила пара охранников. Откуда-то из глубины приглушенно раздавалась музыка. Охранники улыбнулись Ивану и протянули руки, приглашая его войти. Впереди он увидел проход, загороженный темными шторами. Одернув их, он ахнул… Это был огромный, светящийся разными огнями танцпол. Начала играть какая-то музыка, которая полностью погрузила его в эту атмосферу. Весь танцпол был усеян разными людьми. Чуть дальше стояли пилоны, где танцевали девушки.
