И все это время рядом скрипел голос тетки. Она бурчала, что нынче молодежь не отличается почтением к сединам, что не хочет перенимать опыт старшего поколения, а все торопится куда-то. Я уже и в лохань опустилась, и оттаивать в горячей воде начала, вроде бы даже чувствительность в теле появилась, а она продолжала ворчать. Девушки намылили мои волосы, принявшись далее от души растирать мочалками плечи, а тетка никак не унималась. И вдруг… она умолкла. Как-то резко… на полуслове. От воцарившейся странной и напряженной тишины, мои веки сами собой приоткрылись.
– А где твой амулет, Тьяна?
Одно мгновение, и старая дама вскочила из кресла в соседней комнате, преодолела расстояние в несколько метров и теперь нависала надо мной, шипя и сверкая глазами.
– Пошли вон! – гаркнула на служанок.
Те моментально побросали мочалки, вскочили на ноги и бросились бежать. Через минуту мы были уже одни с теткой и не только в этой комнате, а догадывалась, что и в доме. И глаза женщины не выглядели больше блеклыми. Они сверкали всеми цветами радуги. И это могло бы выглядеть красиво, если бы ни наводило на меня жуть.
– Ты кто?! – нацелила дора Белинда мне в грудь корявый палец. – Где моя племянница?
А у меня в мозгу набатом звучало другое: «она ведьма, настоящая». От страха получилось погрузиться в лохань по самые глаза. Приспичило бы меня вдохнуть, могла вы втянуть носом воду вместо воздуха, но дыхание остановилось, как и жизнь во мне.
– Да ты ведьма! – взвыла Белинда, обходя купальню по кругу. – Как ты смогла завладеть телом моей девочки? – от ее горящего взгляда казалось, что вода в лохани могла закипеть. – Отвечай, что сделала с моей племянницей!
– Нет, – вынырнула и закрутила головой. – Тело мое. И я могу это доказать. Вот. У Тьяны был этот шрам? – выставила на обозрение свою ногу. – А такая родинка? – со страху забыла о стеснительности и продемонстрировала кожу под грудью. – То-то и оно! – заключила, заметив растерянность пожилой дамы.
А она отшатнулась от меня и схватилась за сердце.
– Но где моя Тьяна?
– Не знаю. И как здесь оказалась тоже. Последнее, что помню из той жизни, как будто откуда-то падала.
– И откуда ты явилась?
– Мой мир называется планета Земля, я из двадцать первого века.
– Ты тоже ведьма?
– Хм! У нас там есть такое выражение, что все женщины ведьмы. Но это утверждают мужчины. А на самом деле у нас там развита наука и техника, мы ездим на машинах с бензиновыми двигателями, во всю пользуемся электричеством…
– Погоди, не тарахти. И все эти слова… я ничего не понимаю. Просто ответь, ведьма ты, или нет.
– Мой бывший жених, который изменил мне с сестрой, называл страусом и дурочкой. Та самая сестра, которая соблазнила моего мужчину, иногда обзывала лохушкой. Но я сама, наверное, больше всего считала себя неудачницей. А ведьмой… нет, так меня никто не называл.
– Но в тебе есть природный дар…
– Не знаю. Может, он был и спал, а теперь проснулся?
– А откуда ты знаешь Тьяну? И на тебе были надеты ее вещи. И сама ты…
– Да, мы, как оказалось, похожи… очень. Но я вашей племянницы не знаю… совсем. Мы ни разу не встречались. По какой-то причине, мне не ведомой, я оказалась здесь и в ее доме.
– Стой. Ты должна мне все очень подробно рассказать. С самого начала и до этого вот момента. Но сейчас… Вставай! – Белинда развернула передо мной простыню и помогла в нее завернуться. – Вытирайся, одевайся. И сейчас тебе надо еще поесть. А потом все выложишь без утайки.
– Хорошо.
Начала я свою печальную повесть во время ужина. Ела и потихоньку рассказывала. А тетка Тьяны смотрела на меня сначала недоверчиво, но потом в ее глазах заблестело сочувствие.
– Эко, тебя угораздило! Разве можно такое творить? Даже за мысли о самоубийстве во всех мирах, насколько знаю, положено серьезное наказание.
– Да я ничего такого не думала! А если что-то в рассказе и проскочило, то это так, не по правде… Но… погодите! Вы же ведьма, да? Как вы сказали? Вам известно про другие миры? И про мой? И знаете, как можно туда вернуться?
– Не тарахти! – остановила поток моих вопросов и усмирила забурлившие чувства гневным окриком. – Ничего я не слышала о планете Земля. И не знаю, что такое ездить на этих… на двигателях. У меня есть старый конь и древний тарантас, который зимой переставляют на полозья. Вот и все. Но я храню старинные фолианты…
– А! Это их начиталась Тьяна и…
– Да что ты за торопыга такая! Угомонись! Кстати, а звать тебя, как?
– Татьяной.
– Надо же, почти, как и племянницу. И она действительно день и ночь просиживала в здешней библиотеке. Как поругается с мачехой или сводными сестрами, ее в глушь сошлют, а она сразу же садилась за книги. На отца обидится, что не отпускал учиться, сюда от него сбежит и опять – за книги. А в последние разы все от сватающихся женихов сбегала…
– Замуж не хотела?
– Так князь же ей подыскивал мужчин в возрасте, и чтобы имели земли подальше от городов, где есть источники магии.
– А зачем?
