– Ах, мой жених! – моментально вскочила Ивонна. – Наверное, раны не дали ему покоя этой ночью. Бедняжка! Тьяна? Отойди немедленно от таза! Хватит плескаться, я сказала. Лучше приготовься, что сейчас станешь быстренько делать мне прическу.
– Я тебе не служанка, сестрица.
– Поговори у меня! Даже если тебе и светит брачный договор, то лишь с бастардом. Я же… да что с тобой разговаривать, отойди и все!
Так, так! Что я там ночью размышляла, будто с такой женой князю спокойная жизнь не светит? Похоже, его любовницам тоже конец наступит.
– Ой! И правда, Его светлость выглядит очень сердитым, – высказала свои наблюдения Ивонна, когда мы уже начали спускаться в общий зал таверны.
Адлар действительно бросил в нашу сторону взгляд из-под сведенных у переносицы бровей. Проводил глазами до места за столом и тогда только принялся завтракать. Мне стало интересно, он сердился только на нас, или еще на кого-то? К примеру, я и княжна не самыми последними спустились в зал, вот же еще лекарь и Курт только-только шли к своим местам. Кстати, брат Светлости прервал разговор с Клаусом и как-то по-особенному посмотрел на меня. Что за дела? Он тоже выглядел напряженным, или мне показалось? И вот же, вдруг мотнул головой, словно что-то для себя решил, и резко изменил направление движения.
– Подвинься, Тьяна, я сяду с тобой, – сказал и опустился рядом на лавку.
Вот и раз. Это новость. А раньше блондин всегда сидел по левую руку от брата. Что бы это значило?
– Курт! – зарычал на него Адлар. – Я, кажется, ясно дал тебе понять…
– И я тоже высказался вполне определенно.
Ого! Кажется, братья принялись яростно буравить друг друга взглядами. Что между ними произошло?
– Если так, то ты знаешь, каким будет мой следующий шаг… – сказал Светлость, и в его голосе отчетливо обозначилась сталь.
– Да. Знаю. Но и я. Не отступлюсь, – с расстановкой произнес Курт.
– Будь все по твоему поведению, – кивнул тогда Инквизитор.
И вроде бы успокоился. Во всяком случае, колючий взгляд из-под бровей от Курта отвел и, как ни в чем не бывало, продолжил есть. И сразу же будто бы разрядилась обстановка за столом: кто-то выдохнул, иные расслабились, и все тоже продолжили завтракать. Вот только Курт сидел рядом, похожий на сжатую пружину. А еще я на него покосилась и заметила ходящие желваки. И чего тогда следовало ждать дальше?
А оказалось, что как только большинство присутствующих следом за князем насытились, так тот подал сигнал своему человеку, чтобы принес и поставил перед ним ларец. Резная шкатулка опустилась на стол перед Адларом, а он снова посмотрел на брата в ожидании. Я, сидящая рядом с Куртом, почувствовала, насколько тяжел был тот взгляд, что уж говорить про блондина, он от него даже побледнел и сжал кулаки.
– Не передумал? – спросил с угрозой Светлость, а его брат сглотнул ком в горле, но упрямо качнул головой, подтверждая, что стоит на своем.
– Как скажешь, – Адлар тоже кивнул и, не глядя теперь уже ни на кого конкретного, позвал меня. – Тьяна! Подойди сюда.
В зале тут же воцарилась гробовая тишина. Люди застыли каменными изваяниями и онемели, и даже как перестали дышать. У меня так точно отчего-то сбилось дыхание.
– Зачем? – это я от растерянности подала голос.
И в той тишине он прозвучал довольно жалко, и, конечно же, я снова нарушила какое-то правило. Потому что князь на меня вскинулся и повторил свой приказ теперь с угрозой:
– Подойди ко мне. Сейчас же!
Мне ничего не оставалось, как подняться и отправиться к тому концу стола. Я шла, шурша юбками в зловещей тишине, и точно предчувствовала, что сейчас могла решиться моя судьба. А Его светлость не спеша открыл ларец и достал из него свиток. Развернул с хрустом трубочку и положил на край стола. Откуда-то из-за его спины вынырнул слуга и услужливо протянул чернильницу и перьевую ручку. Князь взял и поставил росчерк в самом низу текста.
– Встань ближе, – скомандовал мне и подал ту ручку. – Вот здесь чиркни подпись, дорина.
– А что это? – перо взяла, но над пергаментом я зависла.
– Договор. Между мной и тобой, – он замолчал и стал смотреть на меня выжидающе, а я хотела тот текст прочитать, да от волнения строчки перед глазами запрыгали и стали меняться местами.
– Что за договор? – голос тоже, странное дело, но почти перестал меня слушаться: захрипел и задрожал.
– Я здесь называю тебя одной из своих невест, Тьяна…
Он не успел договорить, а по залу прошелестело дружное «ах» четырех его избранниц.
– Нет! – рыкнул тут Курт и моментально поднялся из-за стола. – Тебе не обязательно подписывать, Цветочек.
Блондин очень быстро приблизился и встал за моей спиной. А потом достал из-за пазухи похожий свиток и тоже разложил его передо мной на столе.
– Вот. Подпиши это, Тьяна. И станешь сегодня же мне женой.
Я растерянно уставилась в лицо Курта.
– Не веришь? Отчего бы? Разве сразу, при первой же нашей встрече не позвал тебя замуж?
