Судя по карте, до грота «Вечерний закат» мне оставалось минут десять-пятнадцать ходу. Но собаки брехали уже по-зрячему, а рев охотничьего рога раздавался совсем рядом.
«М-мать…» – услышав за спиной треск кустарника, я резко вильнул в сторону, подпрыгнул и ухватился за ветку. Едва успел заскочить на дерево и активировать «Тень леса», как из кустов с рыком выскочила здоровенная непонятная зверюга.
Тупая брылястая морда, нависающий морщинистый лоб. Увитый мускулами мощный торс, вместо шерсти покрытый мелкой чешуей и усеянный на загривке острыми иглами, а хвост вообще крысиный. Тварь смахивала на собаку весьма отдаленно, правда, судя по пиктограмме, была не особо уровневой, при некоторой везучести вполне мне по силам.
Тренькнуло сообщение:
Взрыв когтистыми лапами дерн, страховидло затормозило и принялось недоуменно вертеть башкой по сторонам. Через несколько секунд из чащи выскочили еще четверо монстров и присоединились к товарищу.
«Хер вам, а не генеральского тельца…» – удовлетворенно подумал я, прикинул, насколько хватит способности, хватил зелья внутренней энергии и продолжил путь по веткам, уходя в сторону от погони. Прокачанная ловкость и бонусы расы пришлись очень ко двору.
Однако вскоре к тварям присоединились всадники, я это понял по доносящемуся до меня топоту копыт и людскому говору, и сразу гончие страховидлы опять взяли след.
Вот тут пришлось совсем туго…
До грота осталось всего полсотни метров, но все зелья закончились, бодрость и внутренняя энергия слетели почти до нуля, а вдобавок я заметил впереди мелькающих в просветах деревьев Азазеллу и Санторину. Ведьма с воительницей уже не бежали, а тащились из последних сил.
Решение пришло само по себе. Последний и решительный! Если сдохну, а не попаду в плен, есть шанс на возрождение далеко от погони, а если повяжут, то на свободе останутся Петрович и бундеслейтенантша. Они что-нибудь придумают. Во всяком случае, очень хочется на это надеяться.
Я развернулся и прямо с дерева засадил по ближайшему монстру «Объятьем леса», во второго пульнул из духовой трубки, на третьего натравил призванного кроля, а потом спрыгнул на землю с рапирой в руках.
Первого изверя, мельком глянув в бестиарий, я выяснил, что монстр именуется именно так, оплело колючими ветками, он рванулся, разорвал путы, но по инерции зарылся мордой в траву. Вся его туша покрылась сильно кровоточащими порезами.
Второй, словив стрелку, взвизгнул и неожиданно повалился на бок, отчаянно суча лапами.
Питомцу не повезло совсем, он ринулся на врага, но тут же был пришиблен ударом лапы.
Посыпались системные сообщения.
–
Остальные монстры, утробно порыкивая, приготовились к прыжку, я уже попрощался с жизнью, как…
–
И прочая, и прочая…
Бодрость, магическая и внутренняя энергия мгновенно восстановились до максимального состояния. Я опять шарахнул по страховидлам всем своим арсеналом, резко передумал умирать и изо всех сил припустил за уже скрывшимися из вида ведьмой и воительницей.
Вылетел на опушку и едва не остолбенел от открывшейся картинки. Возле обрамленного древними руинами входа в грот был разбит настоящий лагерь. Пара больших разноцветных шатров с красочными стягами на флагштоках, куча народу, лошадей, повозок и латников в белых наддоспешниках с какими-то одинаковыми мудреными гербами на них. И что характерно, все поголовно неписи…
Азазелла и Санторина торчали неподвижно посередине стоянки, видимо уже взятые в плен.
Прикинув, что попасть в плен к неписям гораздо лучше, чем к игрокам, я рванул вперед, успел проскользнуть между оцепления и рухнул без сил.
Гончие монстры сразу же попали под алебарды латников и в мгновение ока были изрублены. А вот за ними… за ними на опушку леса вылетела большая группа вооруженных всадников.
Впереди на могучем белоснежном жеребце следовал приторно смазливый красавчик в ослепительно сверкавших под лучами солнца вычурных золотых доспехах. Идентификационный маркер гласил, что это принц Готфрид фон Гугель.
За ним неслось еще с десяток всадников, уже не так шикарно экипированных, в коттах[10] красного цвета с изображенной на них причудливой геральдической зверюгой.
