— О высшие духи, как это миленько. Ты ещё и язык наш плохо пока понимаешь, экзотичненький ты наш! Попробуй ещё разочек!
Хакуро попытался повторить. Он воображал себе какую-либо простую магию, увиденную в видеоиграх, хотя даже не надеялся, что из этого что-то выйдет и снова опустил руки.
Преподавательница магии подняла голову и заводила аккуратненьким носиком, словно стараясь уловить какой-то аромат.
— Что ж, очень жаль. А ну дай-ка я гляну…
Профессор Ламель вытянулась вперёд и приблизила своё лицо к Хакуро, юноша хотел было дёрнуться назад, но она крепко схватила его за руку.
— Ммм, а попробуем так.
Юноша снова попытался отступить, но Ламель обвила его ногу хвостом. Преподавательница наклонилась, и глянула на юношу снизу вверх. Продемонстрированное глубокое декольте нетипичной мантии смутило юношу, он отвёл взгляд. Профессор Ламель схватила Хакуро острыми пальчиками за подбородок и вернула взгляд.
— Хммм…
Женщина сверлила своими блестящим жёлтым взглядом глаза Хакуро. В голове раздавалось достаточно сильное гудение, хотя никаких источников звука поблизости не было. Ламель намеренно дёрнулась, чтобы крупное сокровище её декольте колыхнулось, дабы ещё раз попробовать отвлечь юношу. Всё-таки женщина сдалась и отпустила Хакуро.
— Какая досада. Непробиваемый. Что там, что там… Ох и устала же я сегодня, видимо! Или может, юное сердечко уже занято?.. — последнее она произнесла тихо, почти шёпотом, чтобы слышать мог только Хакуро, а голос звучал очень расстроенно, почти обиженно и очень вызывающе.
Профессор Ламель дважды хлопнула в ладоши.
— Продолжаем! — она перешла к следующему студенту. Хакуро тяжко выдохнул и ему уже было всё равно на какие-либо подколы или претензии студентов вокруг.
Когда профессор Ламель приблизилась к Мейбл, то та выпрыгнула вперёд, но без своей обычной весёлости. Но сколько бы она не пыжилась, сколько бы ни дёргалась или не кривлялась, но ничего не выходило. Хоть Хакуро и сидел на расстоянии, но всё же достаточно близко к Мейбл, а потому он услышал, как профессор Ламель негромко произнесла:
— Деточка, здесь не место женщинам, что не имеют власти над мужчинами или не могут их себе подчинить. Что здесь забыла такая, как ты?
Мейбл продолжала пытаться.
— Достаточно. Я всё прекрасно поняла, — Ламель опустила руку Мейбл.
Но студентка не сдалась, она попробовала вновь. Вдруг она согнулась пополам, задёргалась и её вырвало, задев мантию преподавательницы, на что та завизжала:
— Фу, какая мерзость. Ничтожество! — Ламель попыталась стряхнуть содержимое желудка ученицы со своих одежд.
Мейбл вскочила и, прикрывая рукавом заливающееся слезами лицо, побежала прочь с магической площадки. Кто-то из студентов не удержался от хохота, но большинство молчало. Констанций знаком руки показал Хакуро и Мидию, чтобы никуда не уходили, сам же быстрым шагом последовал за сестрой. Преподавательница была занята только своей испорченной одеждой, и в итоге в присутствии учеников воспользовалась магией, дабы её очистить. А чрезмерно демонстрировать её при студентах-первокурсниках она просто ненавидела!
Урок продолжался. За первый десяткой студентов пошла и вторая. Хакуро и остальные отправились на как ему казалось, заслуженный отдых. Хоть он и осознавал, что это была лишь проба, преподавательница попросту их оценивала и ничего более, что истинное обучение ещё впереди. Но тем не менее он успел изрядно утомиться, особенно морально. Профессор Ламель, в отличие от, например, Дрейдеса, не вызвала никакой симпатии, скорее даже наоборот, чувство некой опасности, обязательства быть настороже. Молодой японец продолжал наблюдать за следующими студентами. Он сумел хоть сколько-то отвлечься от своих страхов и спокойно понаблюдать за тем, какие магические чудеса покажут его сокурсники. А посмотреть было на что! И пускай по меркам местного мира практически никто из них не смог показать чего-либо достойного, как, например, Лерий Кураос, но для Хакуро всё это было фантастикой! Куда более впечатляюще, чем он мог увидеть в кино или видеоиграх. Это было намного удивительнее спецэффектов. Юный японец наблюдал за творившимся волшебством буквально раскрыв рот.
К сожалению для Хакуро, Годрик Павелос оказался среди тех, кто сумел продемонстрировать преподавательнице свои способности к магии, за что заслужил её похвалу. Но был далеко не единственным.
Констанций успел вернуться только чуть ли не к последней десятке и тоже поучаствовал в испытании своих магических сил. Друзья Хакуро оказались вполне могущими в магии, чего он не ожидал. Но теперь ясно понимал, что они всего-навсего такие же бездельники и лодыри, как и он, разве что более талантливые. Тем не менее какой-либо похвалы профессора Ламель, они, конечно же, достойны не были.
