С этими словами он открыл мне дверь в машину, завёл её, и мы начали двигаться в сторону оранжереи. Показ мод обещал быть впечатляющим, ведь это мероприятие, как мне объяснил Тимар, было одной из самых больших и ожидаемых во всем Итриеле.
Когда мы прибыли, моя душа наполнилась восторгом. Среди буйства зелени находились самые красивые и редкие цветы, словно драгоценности, освещенные яркими лучами света. Один из них, удивительный цветок серого дождя, привлёк моё внимание: Тимар рассказал, что он становится прозрачным, когда идёт дождь — почти магия.
Затем он провел меня к цветку, который назывался дымом прерий. К его розовым лепесткам будто прилипали воспоминания, как к старым письмам. Тимар наклонился к цветку, и его голос стал доверием из детства.
— Ещё в детстве я чуть его не съел, думая, что это сладкая вата, — произнёс он, когда мне стало тяжело уединяться во тьме своих мыслей.
— Но я вовремя тебя спас от отравления, — с лёгкой иронией добавил подошедший к нам кронпринц.
— Да мне очень повезло, что ты вытащил его практически изо рта! — с притворным возмущением произнёс Тимар, словно возвращаясь в тот момент, когда судьба его еще только начинала формироваться. — Я вспомнил тот момент, когда ты наказал меня орать, отняв у меня все эти сорванные розовые цветы, а я так хотел их попробовать.
Поддерживая светскую беседу, он выглядел непринужденно, но в его взгляде я заметила призрачную тень. В его печальном взгляде, словно сером небе предчувствия, сквозили темные облака.
— Про меня потом долгое время говорили, что я забираю у детей конфеты. Многие служанки и фрейлины пугали своих детей, говоря, что придет кронпринц Араэдан и заберет все сладости, если они не будут слушаться — ухмыльнулся он, поворачиваясь ко мне. — Леди Алена, я рад вас видеть на этом показе, уверен, вы затмите всех.
Я невольно усмехнулась в ответ, чувствуя, как его тень накрывает меня, словно мрак.
— Полно вам, ваше высочество, — произнесла я с лёгкой улыбкой. — Я же не модель, а лишь помощник капитана. Дела расследую…
При этих словах его лицо вдруг изменилось. Взгляд Араэдана, прежде живой, стал мрачным, как тёмные воды бездны, Тимар напрягся, и я заметила, как его дыхание сбилось. Его слова повисли в воздухе, как невидимый щит, защищающий от чего-то большее.
— Не лезьте в опасные дела, Алена, — холодно предупредил Араэдан. В его голосе звучала боль, как если бы он произносил слова из собственной бездны. — Не всё в нашем мире розовое и прекрасное. Некоторые вещи могут быть опасными для вас…
— Например, ваши чувства? — с вызовом спросила я, чувствуя, что выпускаю из рук ядро колючей правды.
На мгновение его губы превратились в тонкую, напряженную линию, словно весь мир замер в ожидании признания. Глаза его потемнели, один из них — тёмный, как бездонная глубина ночи, второй — зелёный, как зыбучие болота, полные загадок и тайн, прячущихся в их недрах словно стали на много тонов темнее. В этот момент его выражение лица казалось загнанным в угол, ворота к его внутреннему миру затворились, и я видела, как чувства изнутри пылают, прорываясь наружу, как гейзер эмоций. Никакая маска не могла скрыть этого мгновения уязвимости. Находясь рядом, я ощущала, как электрический ток пробегает по воздуху, наполняя пространство напряжением между нами, заставляя моё сердце колотиться в такт его невыраженным переживаниям. Араэдан наклонился ко мне, почти касаясь губами воздуха между нами.
— Мои чувства — это последнее, что может представлять опасность для вас, леди, — произнёс он, наклонившись ко мне так близко, что я почувствовала дыхание его слов. — Я последний, кто причинит вам боль, потому что я благодарен вам за то, что вы увидели во мне что-то большее, чем проклятого кронпринца, но — его голос стал ещё тише, словно он оставлял мне важное откровение, — моя симпатия к вам — это лишь мои проблемы.
Эти слова звучали, как прорезь в сердце, как непрозрачная завеса, за которой скрывались его настоящие ощущения — боль, забота и, возможно, любовь, которую он не решался признать. В этот момент я ощутила хрупкость мира между нами. Мы стояли на грани, готовые вырваться в неизвестность, где любые надёжные структуры могло унести. Не знаю, сколько мы бы так ещё стояли, когда вдруг к нам подошла Маргарита.
— Ваше высочество, рада вас видеть, — произнесла она, нервно потирая руки, и мне стало видно, как ей неловко. Я понимала это чувство — сама чуть не погрузилась в смятение. — Мне нужна Алёна, она должна мне помочь.
Схватив мою руку, она потянула меня к себе, избавляя нас обеих от этой неловкости. Я почувствовала, как её ладонь дрогнула, и это только усилило мою тревогу. Кронпринц лишь хмыкнул, принимая её отодвигание с равнодушием, и решил продолжить разговор с Тимаром который, судя по всему, был уже согласен на беседу с Дариной только не с Араэданом, я его прекрасно понимала в этой ситуации но помочь ему не могла, зато могла помочь Маргарите