— Вот браслет, — произнесла я, протянув ей украшение с причудливой вязью, которое когда-то подарил мне Вячеслав Артаэль. Оно сверкало на свету, словно маленькая дань нашей дружбе, и в этот миг я осознала, как много значит для меня эта связь.
— Спасибо, Алён, ты моя спасительница, — радостно произнесла она, надевая браслет на запястье с такой же нежностью, с какой женщина надевает обручальное кольцо, — А что между вами происходит? Я думала, что ты с Дарианом, но кронпринц…
— Между мной и кронпринцем ничего нет, — поспешила я ответить, чувствуя, как жар в груди превратился в холодное беспокойство. Моя голос дрогнул, и, отражая все переплетенные чувства, добавила: — Давай не будем продолжать эту тему, хорошо?
Марго лишь хмыкнула, поправляя свои рыжие волосы, мелодия которых нежно качалась в такт её движению, её зеленое платье напоминало стебель цветка и она в нем казалось такой хрупкой. Мы направились к сцене, в голове у меня метались вопросы, но рука Маргариты поддерживающая меня усыпляла напряжение. Там нас уже ждал Константин Кощеевич, и показ мод начинался. Модели дефилировали по подиуму, и я старалась отвлечься от нарастающего напряжения, однако в воздухе витало что-то зловещее. Вдруг раздался громкий треск — что-то взорвалось, и оранжерея мгновенно заполнилась густым дымом, словно туча, затмившая солнце. Страх охватил меня подобно холодному ветру, проникающему сквозь одежду и до самого сердца.
Внезапно вокруг начало происходить что-то не входившее в план модного показа: в зал ворвались несколько теней в черных капюшонах. Сначала я подумала, что это часть шоу, но, стоило лишь взглянуть в их зловещие глаза, как мороз пробежал по спине. Они были не просто зрителями! Сначала они схватили меня, и тогда мир вокруг замер. Вспышка света, похожая на ослепляющий солнечный удар, пронзила воздух, наполняя всё яркостью, но маги отразили её, сжав моё запястье, как удавка, которая не желала отпускать свою жертву. Они ощупали моё запястье, внимая каждому нюансу, словно что-то искали… Браслет. Это было единственное, что они могли искать на моей руке, но, как только заметили, что браслета на мне нет, их взгляды наполнились замешательством и, казалось бы, растерянностью. Однако эта растерянность быстро сменилась решимостью, и они обернулись к Маргарите.
— Это она! — произнёс один из них, его лицо искривилось в злобной улыбке, я почувствовала, как в груди всё замерло.
Вздрогнув и рванувшись к ним, я постаралась защитить подругу, но мои попытки оказались бесплодными. Они с легкостью сделали шаг назад, унося с собой Маргариту в портал — мгновение, от которого у меня перехватило дыхание. Я осталась в плену растерянности и ужаса, осознавая, что слова навсегда останутся невысказанными.
— Алёна! — подбежал ко мне Араэдан, и он заграбастал меня в объятия, словно хотел убедиться, что я всё ещё здесь. — Ты в порядке? Я так переживал!
— Отпусти мою невесту, Араэдан! — произнёс холодным, словно сталь, голос Дариана, и в его словах звучала не просто угроза, а неумолимое желание защиты.
Словно сталь, его слова пронзили пространство, и я понимала, что в этом противостоянии есть нечто большее, чем просто ненависть: это была борьба за будущее и наши мечты. Я ощутила, как страх перемешался с гневом, когда двое мужских взглядов встретились, полнота их противостояния охватила меня, как тёмное облако, предвестник грозы.
В этот момент я поняла, что оказалась между двумя огнями — между защитой и контролем, между дружбой и безысходностью, между мечтами и реальностью, которая, с каждым мгновением, становилась всё более угрюмой.
Дым, словно вуаль после страстного танца, рассеялся, но толпа все еще трепетала, словно испуганные лани. Выскользнув из объятий Араэдана, я приблизилась к Дариану, к его руке, словно выточенной из лунного камня, и прошептала, что кронпринц всего лишь… беспокоится.
— Аленушка, милая, Араэдан не из тех, кто беспокоится о девушках, — с легкой язвительностью в голосе, Дариан повернулся к другу. — А если и случится такое чудо, то молниями он точно разбрасываться не станет. Верно, Эдан?
— Ты заблуждаешься, Дар, — бросил Араэдан, и тень пробежала по его лицу, столь же быстрая и неуловимая, как молния. — Я всего лишь хотел спасти твою ненаглядную невесту, только и всего.
— В том, что касается тебя, Араэдан, я не ошибаюсь, — отрезал Дариан, и напряжение повисло в воздухе, как натянутая струна.
Честно говоря, эта мелодрама могла длиться до бесконечности, если бы не Константин Кощеевич собственной персоной. Выдернув меня из нежных (ну, почти) лап Дариана, он прокричал мне прямо в лицо:
— Где моя Маргарита?!
— Проблема, Константин… Ее похитили.
— Марго?! Кто посмел?! — Константин словно окаменел, а потом, словно лев, пробудившийся ото сна, начал лихорадочно набирать номер. — Найдите мне мою Марго! Немедленно! — рычал он в трубку.