По дороге я купила пару хризантем в цветочном магазине и завернула на кладбище для того, чтобы возложить их на могиле одного своего близкого человека. Да, правильно. В этом городке спал мой отец. Патрик Экман. Вот уже как пять лет он отдыхает здесь, не ведая забот. Иногда я говорю с ним, когда сижу рядом. Рассказываю о своих проблемах и мне кажется, что он слышит меня. Время от времени отвечает, даря мне легкий ветерок, что играется с моими длинными волосами.
Его могила находится вдалеке от остальных. Здесь много свободного места. Растут сосны, прикрывая своими ветвистыми руками кладбище. Надсмотрщик внимательно наблюдает за мной, но я не обращаю на него никакого внимания.
Между тем, мне хочется оставаться сидеть с отцом больше, чем я могу. У меня нет столько времени, чтобы поведать ему о всём, что меня волнует, но надеюсь, что сейчас он находится с Господом на небесах.
Я выхожу с кладбища и возвращаюсь на свой старый маршрут. В небольшом сером здании в два этажа располагалась центральная библиотека. По ощущениям, его не ремонтировали с тех пор, как городок пережил свое основание. Признаюсь, я немного страдала от нехватки общения в подростковые годы, но честно сказать, сейчас мне всегда лучше было находиться одной в окружение книг. Да, со мной всю жизнь бок о бок шла Дана, но с того времени, как ей поставили диагноз, я стала проводить время в гордом одиночестве.
Младшая сестра не любила рассказывать о своих видениях и редко, когда ими делилась. Поэтому большую часть ею пережитого я могла обнаружить в её альбомах. Теперь, я снова была привязана к Дане и мне не удавалось двигаться вперед. Я не знала, чего хочу от жизни. Я понятия не имела о том, кто я. Но думаю, это нормально в столь юном возрасте не иметь представления о том, что ждёт тебя впереди да разве это и нужно? Я сама себе противоречила и ничего не могла с этим поделать.
Женщина в преклонном возрасте зарегистрировала мой читательский билет и показала книжные ряды, объяснив стандартные правила библиотеки. Зал для выбора был не очень большой, поэтому я не спешила уходить, рассматривая внимательно каждую попавшуюся мне книгу и читая аннотации.
Как объяснить любовь к чтению? Я даже сама не могу ответить на этот вопрос. В моей семье, кроме Елены и бабушки, не было больше тех, кто бы имел медицинское образование, поэтому и про шизофрению мне приходилось узнавать именно из книг. Если книги – это другой мир, то большую часть своей жизни в нашем материальном мире меня попросту не существовало. И как было велика моя радость, учитывая, что Библия была тоже книгой, главным условием которой было то, что её нужно читать.
Я нашла себя у Шекспира и Ницще, у Данте и Уитмена, у Рембо и Бронте. К нынешней эпохе совсем не испытывала нежных чувств, словно я была для неё врагом. Она безразлична к моей судьбе, как и я к её. Думаю, однажды, эта эпоха просто выплюнет меня на берег, как старый никому ненужный якорь. Мне кажется, что у нашего современного, технологичного и продвинутого века должно быть определенное лицо, как и у любого столетия. Античность, Ренессанс, темные века. Кажется, что и у нас должно быть свое лицо, но что бы мы не делали, различить его лик не удаётся. Черт, его знает, есть ли оно вообще…
Однако в первый же вечер я не хотела нагружать себя серьезными историями, в которые надо было бы вчитываться, а вместо этого, решила поискать себе сборник стихов. В школе у меня была подруга по имени Эрин, которая просто терпеть их не могла.
«В них же нет смысла. Зачем их тогда читать?»
Я нашла сборник стихотворений Уолта Уитмана. К нему я питала особую любовь, если так могла назвать чувство, которое вызывало во мне его творчество. Меня всегда нравилось задавать обычные вопросы, на которые невозможно сразу ответить однозначно: считал ли кто-нибудь счастьем родиться или что застывает в глазах кошек, когда они видят ливень и грозу? Звучит, глупо, но нам иногда стоит об этом поразмышлять.
Я читала Уитмана в четырнадцать лет и снова была рада окунуться в его мир бесконечных вопросов и таких же нескончаемых ответов.
– Не ожидал тебя здесь увидеть, – раздался с левой стороны мужской голос. Я поспешила обернуться.
– Кира? Что… Что ты тут делаешь?
Встретить его здесь было подобно тому, как лицезреть комету с её ярким хвостом, пролетающую в небесной вышине. Сначала, не веришь своим глазам.
– Похоже, как и ты выбираю, чем бы убить себе вечер.
– Ты читаешь?
Парень улыбнулся, выпучив глаза. Видимо, он счёл мой вопрос за оскорбление.
– Вообще-то, да. А я не должен? Выгляжу словно неуч какой-нибудь?
– Прости, я ничего не имела в виду. Так… Что-нибудь выбрал?
Он слегка потряс книгой в воздухе.
– «Пьяный корабль», – провозгласила я наименование литературного произведения на обложке.
– Сборник. Давно хотел освежить в памяти.
– Тебе нравится Артюр Рембо?
– Да. Я думаю, он был гениален.
– Я читала «Одно в лето в аду» и это было увлекательное путешествие.
– «Однажды вечером я посадил Красоту к себе на колени. И нашел её горькой. И я ей нанес оскорбленье».
