По толпе собравшихся прокатился нарастающий ропот. Волс шагнул вперёд, недоверчиво мотая головой.
- Может вы ошиблись не с точкой выхода,а с точкой входа? Расстояние между ними ведь всегда было неизменным! Карты расчётов выверены нашими предками по звёздам!
- Нет, Волс. Мы совершенно точно вынюхали, откуда они вышли, и я своими глазами видел, куда ушёл Къярваль. Карта больше не работает. А если и работает, то она теперь другая. Боюсь, что это как-то связано с падением Хель-Тери и восстановлением новых границ.
Раздался слаженный вздох, и кайгены с тревогой и ожиданием нацелились взглядами на своего оэна.
- До восхода звезды Вечности, остались считанные дни. Больше нет никакой гарантии, что прорыва из разлома не случится в Эдерхейде.
- Виххардово проклятье! - выругался Лиулфр. - Что же нам делать, если эти твари могут выползти где угодно?
- Не где угодно, - возразил Бьёрн. - А только по линии разграничения долины и хребтов Фрайтери.
- Здесь вокруг горы. У нас не хватит ресурсов, расставить посты по всему их периметру,- мрачно констатировал Иорг.
- По всему и не надо.
Бьёрн подошёл к краю смотровой площадки и стал обозначать направление указательным пальцем вытянутой руки.
- Особенно важны те места, куда всё время ходят наши женщины. Неспящее озеро. Тёплые ключи. Лес.
Лунный перевал. Змеиный овраг. Вокруг самого поселения тоже следует усилить кордоны. А здесь эйтары должны сейчас дежурить и днём и ночью. Здесь лучший наблюдательный пункт. И сигнал, поданный с этой точки, будет слышен везде. Предлагаю лишь определиться, как озвучить опасность, возникшую в том или ином месте.
Скажем, одним длинным гудком горна обозначим Озеро. Двумя длинными - ключи, двумя короткими - лес, и так далее...
- Правильно мыслишь, оэн, - кивнул Риг. - Посты перегруппируем, как ты говоришь. И с сигналами условными определимся. Только хотелось бы знать: проходы перестанут открываться, когда свет звезды снова погаснет?
Бьёрн тяжело вздохнул и поморщился.
- Я этого не знаю, Риг. Мы с Гордом пытаемся в этом разобраться. А пока у нас нет ничего конкретного - надо быть всегда на стороже. Ты, Беард и Лиулфр сейчас поднимете эйтаров и расставите по указанным мною позициям. Волс обойдёт все посты вокруг Эдерхейда, посмотрит, где можно укрепить эго охрану. Иорг останется здесь. Остальные пойдут со мной в горы.
Мужчины согласно закивали, расходясь выполнять поручения оэна. Со спины к Бьерну тихо подошёл Иорг, встал к плечу, и,проследив за тем, далеко ли отошёл Волс, тревожно спросил:
- Думаешь, Къярваль придёт за Ранди?
- Если откроется проход в Эдерхейд и у него будет такой шанс - он им непременно воспользуется, нахмурился Бьёрн.
- Он долину как свои пять пальцев знает. Может незаметно пробраться куда угодно, - озаботился Иорг.
- Приставь парочку эйтаров следить за домом Волса. Только издалека. Чтобы он не почувствовал. Не надо его раньше времени тревожить.
Иорг закивал и, выдержав паузу осторожно заговорил:
- Да...я ещё насчёт твоей эль-манны хотел побеседовать. Может, следовало все же на рааде подать знак и разрешить заняться пацаном кому-то из наших? Не боишься оставлять её с ним одну? Что если в нем просыпается?..
- Харв следить за ними будет,- перебил Бьёрн.- Одно из двух: либо из Скъёльда что-то путное выйдет, либо щенку свернут шею, как только попробует рыпнуться.
- Да, ты прав, - грустно вздохнул Иорг. - Второй Къярваль нам не нужен.
Бьёрн дружелюбно похлопал мужчину по плечу, и, попрощавшись, отправился с эйтарами в горы.
Домой оэн Эдерхейда вернулся почти под утро.
Следов разлома он, к счастью, нигде не обнаружил, но особой радости это Бьёрну не добавляло, поскольку появиться они теперь могли где угодно в любой момент.
Стараясь не шуметь и двигаться практически неслышно, он осторожно отворил двери спальни. Мягкий струящийся из окна пучок света серебрил постель, и губы мужчины невольно растянулись в улыбке, стоило увидеть спящую посредине кровати жену.
Она всё-таки убрала с окон жуткие тряпки, впустив в комнату благословенный свет луны.
Испокон веков кайгены, купаясь в её лучах, любили друг друга, зачинали детей, рождались и умирали. В окна спальни всегда должен был заглядывать серебряный лик ночного светила.
Не снимая с себя штанов и рубахи, Бьёрн лёг поверх одеяла, стараясь не касаться девушки, а только на неё смотреть.
Соблазн продолжить начатое днём был настолько велик, что даже накопившаяся за несколько дней усталость переставала давать о себе знать.
Повернувшись на бок Бьёрн долго пялился в полумраке на губы жены, пока, грезя о них, не смежил отяжелевшие веки и не уснул.
В смутные или трудные времена Бьёрн никогда не позволял себе отдыхать дольше положенного, даже если несколько дней носился по Сивельгарду без устали и спать ложился глубокой ночью или перед рассветом.
Утром он вставал с первыми лучами солнца, заглядывающими в окно, и спешил заняться делом. И хотя в спальне ещё витали серые рассветные сумерки, оэна разбудила непонятная возня, пробивающийся сквозь вату сна, шёпот, и звук закрывающейся двери.
