По ту сторону тьмы полностью

Каким-то образом мне удается преодолеть небольшое расстояние до элегантного автомобиля, припаркованного позади моего. Он усаживает меня на пассажирское сиденье и помогает пристегнуть ремень безопасности, когда мои пальцы не в состоянии нормально двигаться.

Я поднимаю глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Мне неудобно беспокоить тебя подобным образом. — Надеюсь, что он сможет услышать сквозь потрясение мою благодарность.

Удивление проступает на его лице, прежде чем он небрежно кивает.

— Пустяки, ты совсем меня не беспокоишь. — Он выпрямляется, аккуратно закрывая дверь.

Обойдя машину и останавливаясь у капота, Дэниел коротко переговаривается с Шоном, прежде чем сесть за руль.

— А теперь отвезем тебя домой.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

БРОНСОН

«Мудрый воин избегает битвы».

Засовываю мобильный телефон в карман и встряхиваю руки, сгибая пальцы, и повторяю эту цитату Сунь-Цзы вслух, заставляя свое дыхание выровняться:

— Мудрый воин избегает битвы.

Проще сказать, чем сделать. Я загибаю пальцы внутрь, складывая их в сжатые кулаки, пока внутри меня клокочет ярость. Сегодняшняя ночь была сплошным балаганом.

— Босс. — Один из моих людей кивает мне, когда я прохожу мимо, направляясь к своей машине. Хоть я и ценю его уважение и вежливое, молчаливое сочувствие, оно не усмиряет мою злость от того, что только что произошло. От того, что мне пришлось сделать.

Я — убийца. Нет необходимости церемониться с этим заявлением. Я делаю это, чтобы защитить хороших людей на нашей территории, хотя знаю, что для большинства это не имеет ни малейшего значения.

У меня нет никаких сомнений в том, что после всего, что я сделал, надо мной будут потешаться и не быть мне у врат в рай.

Сегодня ночью мне пришлось убить одного из наших. Мои люди обнаружили, что этот говноед выдал Последователям коммерческие тайны — правда, за солидный ценник. Я хорошо оплачиваю труды своих людей, но, похоже, в этом обсосе взыграла алчность.

Я одарил его в ответ одной пулей в башку. Я мог бы рассмотреть вариант о том, чтобы еще немного поколотить его, но решил, что он не стоит таких усилий.

Я рад, что не стал тратить на него время, потому что был шанс, что я пропустил бы звонок Дэниела.

Я открываю дверь машины и сажусь за руль, мышцы на шее напряжены до предела. Я наклоняю голову из стороны в сторону, чтобы размять ее, но это ни хрена не помогает снять напряжение, потому что я пиздец как волнуюсь.

Сегодня рыжая была в опасности, и все могло быть гораздо хуже. Это я осознаю, однако пока я не увижу ее своими глазами, я не смогу успокоиться.

Всю дорогу по городу я не замечаю никаких дорожных знаков, мимо которых проношусь. Все мои мысли занимает рыжая, то, как она, должно быть, перепугалась, отчего я крепче сжимаю руль.

Кто-то напал на нее сегодня ночью, что не имеет ни малейшего смысла. Кто, черт возьми, выделывает эти трюки?

Если бы это был кто-то другой, я бы не помчался к нему домой, чтобы своими глазами убедиться, что с ним все в порядке. Может, мне и хотелось бы отрицать это, но я никогда не умел врать самому себе.

От одной мысли о том, что кто-то пытается покалечить ее, меня бросает в дрожь. Я даже не знаю всей истории, но это неважно. Важно лишь то, что у какого-то хуесоса хватило ума прострелить ей шины и выбить заднее стекло.

Этот пиздюк поплатиться, потому что в какой-то незаметный миг жизни, Джорджия Денверс оказалась в числе немногих женщин, которых я очень оберегаю.

Я могу противиться вере в то, что у нее действительно есть какие-то экстрасенсорные способности, но нет никакого ощущения, что она пытается меня обмануть. Лжи придерживаться непросто, а когда кто-то играет роль, его легко сбить с толку.

В тот день на фермерском рынке она была у меня как на ладони, и ни разу не изменилась как личность. Она была все такой же — задорной и пиздецки сексуальной, но с проскальзывающим следом ранимости.

Рыжая притянула меня к себе, а я еще даже не трахнул ее. Но я очень сильно желаю ее. Желаю содрать с нее все слои и узнать о ней все.

Да, время выбрано не совсем подходящее, однако я все равно желаю ее.

Вопрос в том, хочет ли она меня и достаточно ли этого, чтобы сделать шаг в мой мир.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ДЖОРДЖИЯ

Только спустя несколько минут, когда Дэниел направляется к моему дому, меня осеняет.

Я ни разу не сообщила ему, где живу.

Бросив на него внимательный, настороженный взгляд, я уже собираюсь упомянуть об этом, как вдруг звонит его телефон. Он тут же отвечает на звонок.

— Я сейчас везу ее домой. — Наступает пауза, прежде чем он бросает взгляд в мою сторону, а затем возвращает свое внимание к дороге. — Ага. Я обсужу с ней это, когда мы доедим.

Я внимательно смотрю на него. Что обсудит?

— Хорошо. Понял, босс.

Босс? Смущение пробивается сквозь потрясение в организме, потому что то, как он это произнес, вызывает ощущение, что я уже слышала это слово прежде. Но это невозможно, потому что я никогда не встречал этого мужчину.

Еще одна пауза повисает, прежде чем Дэниел говорит: